— И мы сделали. — Я убираю мокрые волосы с ее лица. — Минни и я позаботились об этом.
— Спасибо, — рыдает Сабрина. — Спасибо.
Требуется время, чтобы успокоить нашу подругу-леопарда. В конце концов, Блэр приходится нести ее обратно в общежитие. Минни и я смотрим им вслед в тихом, удовлетворенном единстве.
— Будут последствия, — предупреждает Мардук. К его чести, он не обвиняет нас ни в чем. Не ругает нас как глупых девчонок, совершивших что-то безрассудное или безумное. Я думаю, это потому, что он такой же сумасшедший, но я ценю это.
— Поэтому я объявляю карантин досрочно, — говорю я. — Клюв, уведоми охранников. Те же протоколы, что и во время карантина по течке. Убери тигров-охранников из расписания на неделю. Лучше всего подойдут волки, и я хочу, чтобы птицы патрулировали северное шоссе. Мы, вероятно, будем в безопасности сегодня, но завтра я сама буду в ночном дозоре. — Клюв кивает, с легкой улыбкой на губах, и уходит. Я поворачиваюсь к Мардуку и Йети. — Я что-то упустила? — Я пытаюсь серьезно относиться к своей новой работе хранителя. Я даже не совсем уверена, что Селеста имела в виду.
— Твой психический щит вокруг школы все еще активен? — спрашивает Йети.
— Всегда активен. — Мой отец всегда представляет угрозу, и, насколько нам известно, Титус может отправиться прямо к нему.
— Тогда больше мы ничего не можем сделать.
Внезапная усталость проникает в мои ноги, и я чувствую необходимость сесть. Это чувство поднимается выше, пытаясь затащить меня в глубины ада. Сегодня я потратила много сил. Минни примерно в таком же положении и, вероятно, теперь будет долго спать, но по крайней мере у нее есть ее парные, чтобы помочь ей поесть и восполнить ее силы.
Я желаю всем спокойной ночи, и мы расходимся. Минни спешит в общежитие, а Клюв уходит, чтобы дать указания нашим охранникам. Я бреду в тишину своих апартаментов, в моих ушах все еще звенит, а кожа все еще покалывает от полета. Мой избыток сил был проблемой до того, как я уехала в Особняк Дракос, и мне нужны были мои парные, чтобы забрать мои излишки. В поместье Дракос это не было проблемой, потому что я восстанавливалась после разрыва связи с Ксандером. Затем отращивание ноги отняло у меня все силы. И сейчас это все еще отнимает много сил, чтобы справляться с новизной этого, и, конечно, с постоянной болью. Впервые за долгое время я чувствую себя истощенной.
Я роюсь в поисках замороженных обедов в морозилке и нахожу один, ставя его разогреваться, пока я сижу за обеденным столом. Одна. — Хотела бы я, чтобы вы были здесь, — шепчу я в ночь.