Хватка Минни крепка вокруг моей руки, когда она сотрясает второй этаж. Белая пыль падает на тела, лежащие во дворе. Я позволяю своей силе прокатиться океанской волной по дому, вырубая каждого человека, оставшегося дрожать внутри. Я выволакиваю их наружу, грубо бросая на газон вместе с остальными. Единственные люди, до которых я не могу добраться, — это те, кто в подземных камерах, но они пока в безопасности.
Есть только один человек, который борется со мной, и я позволяю ему.
Титус выходит из дома, стряхивая с массивного плеча крошащуюся штукатурку. Его стальная челюсть и зубы сверкают в мерцающем свете дома. — Хрюшка. — Его голос насмешлив. — Прекрати это.
— Называй меня по имени, — шипит Минни, ее рука опускается вниз, ладонью прямо к Титусу. Массивный тигр делает шаг вперед с угрозой, но сила Минни останавливает его. Громадный тигр поднимает свою руку, но затем его глаза расширяются, белки видны полностью.
Застыв на месте от жестокой силы Минни, Титус, кажется, вибрирует. Его тело становится жестким, и его глаза расширяются от ужаса с каждой секундой. Его механические челюсти приоткрываются в шоке, когда ночь, кажется, давит на него.
— Называй. Меня. По имени. — Стиснув зубы, Минни продолжает, и у ее бывшего парного начинается носовое кровотечение, затем уголки глаз, но он отказывается уступать. Минни с гневным криком отпускает его. Титус шатается назад и падает на задницу, глядя на свою бывшую Регину в каком-то замешательстве. Он пятится назад, находит ноги и *бежит* за свою жизнь.
— Вот именно! — кричит она. — Беги, ты, бессердечный ублюдок!
Мы переводим взгляды на разрушающийся особняк. Позади нас слышны крики, из других больших домов вниз по холму, и вдалеке машина с визгом выезжает на улицу. Где-то воет сирена, но под нашей объединенной силой электричество в доме гаснет, и все внезапно погружается во тьму.
Еще более громкий визг шин говорит о том, что несколько машин остановились позади нас. Глухой рев раздается в моей голове, как раз перед тем, как колоссальная телекинетическая стена врезается в мои защитные щиты. Я вонзаю босые ноги в газон Клосонов и скрежещу зубами, когда Тиберий Клосон перелетает через свои передние ворота с выражением чистой ярости на лице. Он должен был уйти куда-то после нашей встречи, несколько его тигров-охранников на буксире.
И теперь они вернулись, в ярости от вида разрушающегося поместья.
Минни взмахивает руками вверх и в стороны, прежде чем обрушить их вперед телекинетическим ударом. Тиберий отбрасывает назад в воздухе, но восстанавливается, выпрямляясь. Три тигра распахивают ворота, и я фокусируюсь на них, пока Минни что-то кричит Тиберию. Эти тигры — одни из его лучших, без сомнения, и один из них пользуется тем, что я быстро взглянула на подругу, и меня захватывает сила, которая отбрасывает меня назад. Я успеваю остановиться, оскалив акульи зубы.