Я поворачиваюсь к ней, белый дым превращается в черный, когда он вырывается из моего носа. — Ты не знаешь, на что я способна, — шиплю я. — Никто не знает.
Глаза моей подруги сверкают под звездами, когда она отвечает мне своей яростью. — *Я* всегда знала.
Я отворачиваюсь, фыркая, как драконица, которой я и являюсь, чтобы расхаживать по каменным плитам, сгорбив плечи, с убийственными мыслями, проносящимися в моей голове. Кровавые образы. Пронзительные крики. Хруст костей, ломающихся под моими клыками. Вкус человеческой плоти на моем языке.
Минни крадется за мной, ее обычно сладкий голос низок и резок. — Я видела, как ты ломала руки ради друзей. Я видела, как ты сдавалась врагу ради тех, кого любишь. Я видела, как ты отращивала конечность из чистого упрямства.
Я опускаю голову, достигнув края крыши, и поворачиваюсь, хищная и сосредоточенная, останавливаясь перед своей тигрицей. Мой человеческий голос груб, как у дракона. — И это наименьшее из того, на что я способна.
Глаза Минни наполняются гневными слезами, когда она кивает. — Да. Мы вернем их, Лия. Я знаю это.
Я рычу в воздух, дым рассеивается облаком вокруг меня. — Они мне нужны. Мне нужно чувствовать шкуру этой крокодилихи в моей пасти. Мне нужно пить ее кровь.
Это Мардук говорит осторожно: — Моя леди, это будет... сложно.
Я поворачиваюсь, чтобы зашипеть на него, скаля зубы. — Я знакома со *сложностями*, Мардук. Ничто в моей жизни не давалось легко. — Мой смех саркастичен. — Даже мои парные не достались мне легко.
— Как, черт возьми, она вообще этого добилась? — с досадой говорит Минни, глядя в небо. — Я никогда не видел такой магии. И что это был за порошок, который рассыпала гиеновая матриарх?
— Я даже не думал, что это возможно, — мрачно говорит Йети. — Так легко менять Регин. Наверняка это не может длиться вечно?
Я поворачиваюсь к передней части школы, глядя на поле Охотничьих Игр. — Кость, — говорю я мягко. — То, что ты учуяла на ветру, была моя кость, Минни.
Минни задыхается от ужаса.
— Боюсь, у них был правильный ингредиент, — вздыхает Мардук. — Не существует более сильного вещества, которое они могли бы заполучить.
Она использовала мою собственную кость против меня. Гнусное, ужасное создание.
Рычание проносится по всему моему существу. Я не знаю, как долго Коллекционер планировала это, но готова поспорить, что очень долго. Она всегда завидовала Косе. Всегда обводила своих парных глазами, как мясо, которое нужно потребить. — Должен быть выход. Любые чары можно сломать. — Я изучала змеиную магию с детства. Даже кровавые обеты можно нарушить, как напомнил нам всем Дикарь ампутацией своего пальца. — Я не так хорошо знакома с гиеновым колдовством. — Это признание охлаждает меня немного. — Но мы знаем тех, кто знаком.