Внезапно и Аурелия, и Ксандер отпрыгивают назад, как будто споткнулись. — Стойте! — восклицает Аурелия, и они оба врезаются в меня. Генри сваливается с плеча Лии, но выпрямляется в воздухе.
— Что это! — взволнованно кричу я.
— Это пол, — говорит Аурелия, показывая мне носком кроссовки. Она нажимает на пол, и он наклоняется внутрь, как панель-ловушка.
— Это огромный люк, — бормочет Ксандер. — Что, черт возьми, под ним?
— Как нам попасть на другую сторону — вот лучший вопрос, — говорит Лайл. — Нам нужно двигаться дальше. Позволь мне.
Мы уступаем дорогу льву, и он толкает люк своей телекинезой и направляет на него фонарик. Пол отодвигается от нас, двигаясь на петле на три-четыре метра вниз по пути. Под люком — тьма еще более глубокая, чем в коридоре. Когда Лайл светит фонариком вниз, там ничего не видно. Только тень. Лайл левитирует себя через люк на другую сторону, водя фонариком влево и вправо, показывая, что это тупик.
Аурелия фыркает. — Он хочет, чтобы мы спустились.
Лайл драматично вздыхает. — Мы не знаем, что там внизу. Меня одолевают флешбэки Особняка Нага.
Аурелия обращается, и когда маленькая головка высовывается из ее упавшей одежды, я в изумлении ахаю. Она — синяя розелла. Так мила с ее маленькой красной грудкой и лицом, яркими зелеными крыльями и круглыми черными глазами. Она издает маленький чирикающий звук, и Генри чирикает в ответ, кружа вокруг нее. Коса поднимает ее одежду, когда она прыгает к краю люка и заглядывает вниз, а затем они с Генри влетают в него.
— Быстрее, Лайл! — кричу я, падая на задницу и свешивая ноги в люк. У меня нет другого выбора, и Лайл окутывает меня своей телекинезой и отправляет вниз, в полную тьму. Другие следуют за ним с некоторым ворчанием, фонарик Лайла светит желтым под нами. Он медленно опускает нас, мальчиков, в тени, пока вокруг нас ничего нет, и это похоже на то, что я в открытом космосе или что-то в этом роде.
Запах соли ударяет в мой нос сразу после того, как мой брат говорит это. — Это рассол, — говорит Коса. — Там много соленой воды.
Аурелия и Генри снова чирикают, и я чувствую, как моя Регина обращается. Мелькает белая кожа, затем глухой всплеск. Генри с огорчением чирикает у моего уха.
— Спусти меня, Лайл, — говорит Коса. — Но сначала возьми мою одежду.
Всех нас опускают на поверхность какой-то бурлящей воды. Морские брызги касаются моих пальцев ног, и я ухмыляюсь черной воде подо мной, опуская пальцы, чтобы окунуть их. Коса плюхается в воду мгновением позже, а Лайл левитирует рядом со мной, собирая свою одежду в рюкзак.