Я ругаюсь под нос. — Значит, мой отец будет знать, что мы знаем о его планах с Упырем.
— Мы потеряли то немногое время, которое у нас могло быть. Он предпримет шаги скорее раньше, чем позже.
Я смотрю в глаза моей акулы. — Что нам делать?
— Готовиться к худшему. Я удвою охрану на стене сегодня ночью, и нам нужно отправить студентов домой.
— Что? — Мой голос резок. — Зачем?
Коса вдыхает через нос, как будто готовясь сказать мне. — Он придет за нами пятерыми, Регина, и он разрушит академию, чтобы сделать это. Особенно теперь, когда он знает о портале.
*Портале*. — Я произношу все ругательства, которые знаю, проводя рукой по спутанным волосам.
*«Регина».* — Голос Ксандера — огненный кнут в моем сознании. *«Мы справимся. Мы с тобой».*
Мои парные. Он идет за моими парными, раз и навсегда, с окончательным оружием. Оружием, которое мы не можем уничтожить. Оружием, которое попросило меня казнить его. Тошнота бурлит в моем желудке, и это слишком. Внезапно я сгибаюсь, и меня выворачивает на траву. Лайл и Коса поддерживают меня, убирая мои волосы и потирая позвоночник. Мое тело дрожит от адреналина и внутренней боли. Могла бы я убить одного парного, чтобы спасти всех нас? Чтобы спасти всех? Должен быть другой способ.
— Мне нужно лететь, — выпаливаю я, прежде чем споткнуться в сторону и превратиться в орла. Рассекая небо, я позволяю верхним течениям мира нести меня, куда они пожелают, в обход академии, земля исчезает, мой клюв — направляющая стрела. Холодный и свежий, рев воздуха наполняет мою голову, вытесняя все остальное.
Мой отец знает, что мы в курсе его планов. Он знает о портале. Это подтолкнет его к действиям. Я решила, когда моих парных забрали, что покончила с оборонительной тактикой. Я — величайший хищник ночи, и я не остановлю свою победную серию сейчас, когда все наиболее отчаянно. Этьен думал, что сможет раскрыть наши секреты? Ну, пошел он.
*«Я вернусь»,* — говорю я своим парным, не прося разрешения, только сообщая им из уважения. Я влетаю обратно в наши апартаменты, чтобы засунуть несколько вещей в рюкзак, а затем выхожу на крышу, где превращаюсь в еще более крупную птицу. Мои крылья расправляются, красные с синей окантовкой, длинные перья — моя корона. Я выслеживаю своего отца так же, как когда-то выслеживала свою мать — в форме феникса, где связь между родителем и ребенком всегда существует, хотим мы того или нет.
Сквозь ночь я лечу над засушливой почвой и кустарником, над пригородами и высокими зданиями. К моему удивлению, серая, болезненная нить ведет меня не в Особняк Нага и не в университет, где он устраивает очередное драматическое представление. Вместо этого меня ведут в часть внешнего города, где я никогда не была. Это длинное, двухэтажное колониальное здание, с чистыми линиями и белой и золотой краской, со свежеподстриженными газонами и профессиональными людьми, выходящими с портфелями и папками.