И Упырь.
Он хочет увидеть, из чего я сделана. Он хочет увидеть, что я достаточно сильна, чтобы встретиться с правдой и с тем, что с ней связано. Челюсти щелкают внутри меня, привлекая мое внимание. Шепот улыбки изгибает мои губы, когда я погружаюсь в ледяные глубины, которые являются моей акулой. Температура в комнате падает. Мое сердце замедляется до методичного барабанного боя. Клинически. Точно.
— Да. — Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Косу и Ксандера, и для меня мой голос звучит так, будто эхом отдается в пустой, темной комнате. — Я сделаю то, что должно быть сделано. Наш враг движется в темноте, но и мы тоже. Когда снова наступит ночь, нужно сделать еще кое-что.
— Мне не нравится, когда она такая, — признается Дикарь. — Она не дает мне обниматься.
— Я думаю, это круто, — радостно говорит Минни, глядя на меня с другого конца обеденного стола. — Она как убийца или что-то в этом роде.
Коса соглашается, моя большая акула-анима всегда держится рядом со мной и наслаждается силой, которую мы разделяем. Где-то внутри него большая белая акула скрежещет зубами и бьет хвостом от радости. Генри левитирует перед моим лицом и экспериментально чирикает.
— Маленькое, красивое создание, — говорю я бесстрастно. — Ты останешься со мной сегодня.
Послушно он садится на мое плечо, прижимаясь своим крошечным тельцем к моей шее, как будто пытается влить в меня тепло. Ксандер наблюдает из угла комнаты, и я поворачиваюсь к нему, не мигая.
Топот по лестнице говорит мне, что Сабрина и Стэйси присоединились к нам. Но когда появляется Сабрина, она отбрасывает капюшон и направляется ко мне. — Это правда? — тяжело дышит она, ее голос необычно резок. — Этот псих-генерал — твой парный? Все это в социальных сетях, это видео с тобой в Клубе Веном.
— Я знаю, что он сделал с тобой, — отвечаю я тем же бесстрастным голосом. — Сегодня ночью мы сражаемся насмерть.
Карие глаза моргают, глядя на меня. — Что ты имеешь в виду?
— Генералу василиску приказано убить меня, Сабрина. Я иду в бой.
— Давайте не будем драматизировать, — говорит Дикарь, вскакивая на ноги. — Это не насмерть! Я буду там, чтобы убедиться, что это не так!
Я медленно киваю ему, прежде чем повернуться обратно к Сабрине. Моя подруга-леопард вздыхает и садится на стул рядом с Минни за обеденным столом. — Что-то большое должно произойти, — говорит Стэйси. — Я чувствую это. Змеи никогда не были так возбуждены.
— Совет фактически мертв у порога, — с отвращением говорит Минни. — Мы не можем на них полагаться. Мы должны действовать сейчас, верно, Ксандер?