Поезд протяжно и гулко скрипнул, судорожно дернулся и, наконец, тронулся. Безликий шахунский вокзал, похожий на невзрачное здание какогонибудь средней руки заводоуправления, медленно полз назад. Был август. Танька впервые ехала в Горький одна. Она все рассчитала. Заранее купила карту города, отметила на ней крестиком школуинтернат на улице Веры Фигнер. От вокзала туда ехал автобус. Не заблудится.
От Шахуньи до Горького на электричке три с половиной часа. Танька взяла билет на 9.15 утра. Мать как раз ушла на работу. О том, что она едет в Горький, Танька не сказала. После смерти отца, быстрого следствия, которое в итоге не обнаружило ничего, и торопливых, бестолковых похорон – за гробом шли только мать с Танькой и несколько отцовых сослуживцев – в доме надолго воцарилось гнетущее молчание. Мать шла на работу как робот, приходила вечером, усаживалась перед телевизором и до поздней ночи тупо смотрела все подряд, вряд ли понимая, что ей сообщают с голубого экрана. Танька сама готовила простой ужин, приносила его матери и считала день удачным, если та не швыряла в нее тарелку.
К маю мать отошла и стала, как обычно, орать по любому поводу. Про отца никто не вспоминал, будто его никогда и не было. Танька окончила седьмой класс на пятерки, получив заодно и грамоту за первое место в областной олимпиаде, и отправилась в пионерский лагерь сразу на два месяца. Она вернулась только 31 июля, в пятницу, а уже в понедельник, 3 августа, приступила к реализации своего плана. Август не лучшее время для поступления в новую школу. Но у Таньки вариантов не было. Она решила, что будет крутиться как может, но место в интернате получит любой ценой. С собой она везла дневники за три года, где в графе годовых оценок сияли сплошь пятерки, и учебник по алгебре за девятый класс, который она как раз дочитывала.
Налюбовавшись на скучные колхозные поля, изредка перемежаемые березовыми рощицами, Танька занялась математикой. Девятый класс начинался с неравенств, их она освоила еще в лагере. Теперь она остановилась на числовых последовательностях и прогрессиях. Это было чтото новенькое. За три часа она разобралась и с ними и вплотную подошла к разделу задач повышенной сложности. Их она оставила на обратный путь.
За окном уже мелькали городские улицы, и Танька с восторгом озирала город. На вокзальной площади пришлось понервничать, 36го автобуса долго не было, и пассажиров собралась целая толпа. Когда автобус наконец подошел, толпа внесла ее внутрь и вдавила в угол возле окна.
– Тетенька, а далеко до Кремля ехать? – пискнула она соседке, нависавшей над ней пышной грудью.