Больше всего она любила дни, когда Файзуллин улетал в командировки. Тогда весь дом и сосновый лес вокруг оставался в ее распоряжении. Шли месяцы, и весна с купами цветущей черемухи и сирени сменилась нежным дождливым июнем. Она бродила под старыми соснами, собирала маленькие, мокрые, как собачьи носы, маслята и думала. Густые запахи земли и грибной свежести действовали на нее странно. Она как будто отключалась от реальности, переносясь в мир, где ее мысль свободно и уверенно чертила в душном воздухе подмосковного лета бесконечные ряды формул. Жизнь этих формул была настолько причудлива, полна таких коварных ловушек и открытий, что больше всего напоминала сюжет хорошего детектива. Все самое главное происходило не между ней и Сержем, не в «ОргТекнолоджи», а там, где формулы торопливо бежали за ее мыслью.
Полной идиллии мешал только Серж. После скудной зарплаты старшего научного его бизнес и легкое богатство стали для него источником небывалых желаний. Он хотел всего и сразу. В просторном наркомовском гараже уже стояли один «ниссан» и два «мерседеса». Бар ломился от коньяков, а в комнатах громоздились экзотические, дорогие и совершенно ненужные вещи: золоченые канделябры «из особняка князя Юсупова», какието антикварные столики, картины «кисти Айвазовского». Каждая новая покупка означала праздник и бурные пьянки. Часто он привозил за собой целый выводок шикарных авто, из которых выгружались одетые в спортивные костюмы «коллеги». Они напивались на веранде, пели блатные песни и приставали к Тане с мокрыми гадкими поцелуями. Она убегала к себе, но Серж ломился в дверь и требовал, чтобы она «украшала собой» праздник нового русского бизнеса.
Осенью 1993 года Таня доказала гипотезу Ричарда Карпа о некоторых самых распространенных ограничениях для NPполных задач. Марков от Таниной логики пришел в восторг. Три дня он изучал десять страниц ее доказательства, пока не подтвердил – все верно, надо публиковать. Он тут же усадил ее за статью для принстонского Annals of Mathematics , лучшего математического журнала с самым высоким рейтингом.
Статью надо было перевести на английский, но отдавать текст переводчикам не хотелось – те, конечно, знали язык лучше Тани, но математику не знали совсем. Целую неделю она с утра мчалась в библиотеку и, обложившись словарями и статьями по смежным темам, сидела там до самого закрытия, выискивая красивые английские соответствия русскому оригиналу.
В тот день, когда перевод был закончен, она почувствовала себя странно. Ее тошнило, голова кружилась, по телу разливалась томительная слабость. Марков вместе с Таней сел вычитывать статью. Но она едва слышала, что он говорит. В конце концов Марков погнал ее в ближайшую поликлинику в сопровождении Молодилина. Дежурный врач отправила ее к гинекологу, а та объявила, что Таня беременна.