Воздух внезапно меняется вокруг меня. Вокруг нас.
— Высуни клыки, — говорит Упырь странным новым тоном.
Я смотрю на него, прежде чем подчиниться. — Думаю, они тебе слишком нравятся.
— Тебе лучше не говорить сегодня вечером.
— К счастью, змеиные женщины не разговаривают на вечеринках, — шиплю я в ответ. — Зачем беспокоиться, когда все самцы могут делать это за нас?
Он смотрит на меня в ответ, без возражений на его раздвоенном языке, только тяжелое наблюдение, которое я чувствую до костей. — Что ты знаешь о василисках, змейка?
Я застигнута врасплох вопросом, поэтому мне требуется секунда, чтобы ответить. — Никто ничего не знает о них.
— Это неправда.
— Ты единственный... — говорю я, внезапно теряя нить мысли. Упырь похож на меня. Последний из своего рода. Более мягко я говорю: — Если только... твои родители или семья живы?
Впервые я замечаю у него колебание. Спад высокомерия. Его тени теряют высоту, свисая низко у локтей. — Нет никаких признаков других, — говорит он. — Тени знали бы, если бы были другие.
— Откуда ты—
Он внезапно поворачивается и уходит, его ботинки тяжело стучат по полу в другую комнату. Когда он возвращается, он одет в более тонкую версию своей обычной формы. Черная рубашка и пиджак кажутся темнее и новее, ряд золотых медалей свисает с его левой груди, и он добавил чистую костяную маску к своему лицу.
Тени тянутся, как пальцы, обвивая меня. — Мы опаздываем.
Меня должно раздражать, что он уклоняется от вопроса. Я думаю, что знаю ответ в любом случае, но эта линия мыслей... эта линия разговора — это то, о чем у меня не было времени думать до сих пор, и я нахожу себя виноватой в этом.
Упырь ведет меня к черному внедорожнику на его подъездной дорожке, который выглядит совершенно новым. Полагаю, ему никогда не приходится им пользоваться из-за его гораздо более эффективного способа передвижения. Он помогает мне и моему платью сесть на пассажирское сиденье, и мы оба молчим — он с военной эффективностью, а я с ядовитыми мыслями, которые приходят только к Регине, у которой враг — ее парный. Это становится только хуже, когда короткая поездка приводит нас к особняку с воротами в богатой части города. Мое сердце начинает колотиться от маленьких деталей, указывающих на то, где я нахожусь.
Фонтан, который мы проезжаем вверх по длинной подъездной дорожке, без опознавательных знаков, и так же черный кирпичный забор спереди. Никаких табличек или гербов. Никаких больших каменных статуй, гордо кричащих о порядке обитателей. Но все выглядит подозрительно новым. У входа припарковано *много* машин в аккуратные ряды — военные грузовики с открытыми и закрытыми кузовами, некоторые с тентами. В резком контрасте где-то вдалеке играет классическая музыка, тщательно подобранная, чтобы создать определенный образ. Я знакома с этими тактиками. Я практиковала этот фасад с детства.