*«Пожалуйста!»* — умоляю я ее.
Охранники снова стреляют в меня, и я вынужден резко свернуть в сторону от своей подруги. Но когда я возвращаюсь, еще больше пуль летит, и одна попадает мне в крыло. Я кричу от агонии, меня отбрасывает назад и прочь от моей подруги. Я разворачиваю свое падающее тело как раз вовремя, чтобы увидеть, как Сабрина отброшена назад новым залпом жестоких пуль. Она странным образом подбрасывает свое преодолевшее тело, и ее движение отправляет стеклянный шар в полет.
Мой крик панический, мое левое крыло беспомощно хлопает, и у меня нет другого выбора, кроме как отправиться на землю, в то время как Сабрина падает, ее глаза неподвижны, устремлены в небо. Но это похоже на идеальный танец, когда американский орел пикирует с безупречной точностью, ловя шар в один большой коготь. Как будто они спланировали это.
— Регина! — голос Косы яростен в моем сознании, когда кто-то ловит меня телекинезом. Меня поворачивают, чтобы увидеть Косу, скачущего на спине Лайла, с автоматическим пистолетом в каждой руке, стреляющего на ходу. Я приземляюсь к нему на колени, обращаясь в человеческую форму, чтобы побежать к Клюву.
— Нет! — кричу я, но Коса обхватывает меня одной рукой, как металл, и стреляет другой, заглушая мои крики.
Клюв летит к грузовику Мейса, но колеблется на границе черного мата, как будто чувствуя его силу. Затем он устремляется вперед, крылья направлены назад, как будто какая-то сила толкает его тело. Я понимаю, что каким-то образом мой отец сделал свои защитные руны куполом вокруг себя, как у академии.
Пронзительный крик, красивый, но мучительный, вырывается из открытой пасти Клюва, когда он закрывает глаза и пробивается сквозь, его перья горят, дымятся вокруг него. Клюв вытягивает коготь вперед, держа мой драгоценный шар, когда он пробивается сквозь щит с полной силой своего горящего тела.
Кто-то стреляет в него, и пули вонзаются в его мягкое брюхо. Взмахом когтя шар улетает, подброшенный ветром, созданным вихрем Упыря. Шар описывает дугу, падая на крышу грузовика Мейса, где разбивается вдребезги.
Клюва отбрасывает на землю за пределами щита, где он подпрыгивает и присоединяется к телу Сабрины, его пасть открыта и безмолвна, яд и кровь сочатся из его ран.
Я кричу от боли и ярости. Я не хотела всего этого. Мое тело обмякает в руках Косы, я рыдаю и дрожу от горя и жертвоприношений, ударивших меня в грудь, как раз когда вокруг нас правит резня. Моя рука горит от застрявшей пули, вся моя правая нога болит от старой травмы, и над всем этим горе грозится разорвать меня на части.