Я заставляю их охотиться на меня. Обращаясь несколько раз — птица, опоссум, львица, змея, волк — по пути к тайному месту под школой, где Коса иногда использует бассейн, чтобы замочить свой усталый разум. Я снимаю одежду и скольжу в прохладную воду, освещенную снизу голубоватым светом. На мгновение я ныряю и выныриваю в своей акульей форме, наслаждаясь тем, как вода ощущается на моей коже, и тем, как вода переходит из состояния дома в состояние удовольствия.
Я чувствую, как они входят в пещеру, когда я под водой, переворачиваясь на спину, чтобы наблюдать, как они подходят к бассейну, их тела и лица колеблются и рябят. Я переворачиваюсь обратно на живот и оставляю их позади, поднимаясь вверх, пока моя голова не прорывает воду. Я делаю благодарный вдох и тянусь к бетонному краю бассейна, подтягиваясь медленно, позволяя моим парным видеть мою обнаженную кожу, когда я выхожу.
Моя правая нога болит, когда я переношу на нее вес, и я пытаюсь скрыть шипящий звук боли. Теплые руки касаются кожи моего бедра, посылая черную с золотом силу через мои мышцы и кости. Мой вздох непроизволен, и я закрываю глаза, позволяя Ксандеру вливать в меня свое исцеление.
— Возможно, это всегда будет немного болеть, — выдыхаю я. — Но ты всегда делаешь это лучше.
Когда я не получаю ответа, я открываю глаза и вижу возвышающуюся фигуру Ксандера надо мной, легкую морщинку между его темными бровями. — Иди сюда. — Я тянусь к его шее и притягиваю его для поцелуя. Мои другие парные собираются позади меня, их пальцы касаются моей кожи, Лайл убирает мокрые пряди моих волос, чтобы поцеловать мое плечо. Их силы ищут мою, темные и голодные, желая зарядить меня для того, что грядет, и жаждая моего прикосновения.
*«Нет ничего в этом мире лучше, чем быть с тобой»,* — говорю я им. Я отрываюсь от Ксандера и нахожу Косу рядом со мной, притягивающего мой подбородок к себе. Он дышит над моими губами, его светло-голубые глаза пронзают меня до самой сути, говоря мне, что у него есть что-то важное сказать. Позади меня Дикарь встает на колени, прижимаясь лицом к моим бедрам.
— Мой единственный мир — ты, Регина, — говорит Коса. — Им будет только ты. — Мое тело сжимается в его объятиях, и я бросаюсь к нему на шею, когда он пожирает мой рот, большая белая акула в нем яростно бьется под кожей. Дикарь находит мою задницу своим ртом.
Лайл рычит сбоку, зарываясь пальцами в мои волосы и отрывая меня от рта Косы к своему. Мой лев рычит в меня, и я стону в его голодный рот, его язык находит мой в маленьком успокаивающем танце, который успокаивает его агрессию. Пара рук обхватывает мою талию и отрывает меня от всех них, и Ксандер внезапно ухмыляется, утаскивая меня к гнезду из подушек и одеял в стороне. Рычание и злые крики преследуют нас, когда Ксандер осторожно ложится на гнездо, усаживая меня сверху. Я сажусь, прижимая ладони к его груди, когда остальные собираются вокруг нас. Он манит меня пальцем, внезапно становясь серьезным. Я ныряю вниз, прижимаясь губами к его, мокрые пряди моих волос свисают вокруг нас. Пальцы Лайла убирают мои волосы, в то время как пальцы Ксандера работают над его ремнем, пока его член не выпрыгивает из брюк, подпрыгивая позади моей задницы.