Глава 65. Вдова Брюкнер
Страница 142 из 146
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 65. Вдова Брюкнер

Страница 142

– Я вижу.

– Хорошая карикатура. Уши.

– Уши – правда, – сказала Амалия. – Остальное – клевета. У папы нет живота. У папы есть жилет, который его делает.

Феликс засмеялся. Гусь зашипел.

Феликс купил билеты сам, на свои, и Амалия не спорила. Она знала, сколько у него денег: в «Вестнике» платили шесть талеров в неделю, и ещё два – за карикатуры, которые он подписывал «Корректура», по имени лошади. Билет третьего класса до Ханфельда стоил девять грошей. Два билета – восемнадцать. Это был его обед на три дня. Она подумала, что надо будет вернуть, и тут же – что он не возьмёт, и что это хорошо, и что она об этом никому никогда не скажет, даже в тетради без обложки.

Тетрадь без обложки она теперь вела и на бумаге. Клеёнчатая, за четыре гроша, с Типографской. В ней на первой странице было написано: «Сорок вместо ста двадцати» – и зачёркнуто, потому что напечатано. На второй – «Брюкнер. 6000. Июнь 49. Простил». На третьей – «Б. 47. Остм. Звенит глухо». На четвёртой ничего не было. Четвёртую она везла в Ханфельд.

Утром из дома её выпустила Лизель.

Лизель служила у Герстов горничной шестой год и за шесть лет научилась трём вещам: не слышать, что говорят в кабинете барона, слышать, что говорят на кухне, и врать кучеру так, чтобы кучер потом сам верил. Амалия ценила в ней все три, но третье – больше остальных.

– Кучеру я сказала, что вы с баронессой поедете в её карете, – говорила Лизель, застёгивая на Амалии серое пальто – старое, материнское, которое Амалия велела достать из сундука ещё в среду. – Баронессе я отправила записку от вашего имени, что вы простужены. Барону скажу, что вы у баронессы. Если они встретятся – а они встретятся, барон в воскресенье всегда в клубе, а баронесса в клубе всегда по воскресеньям у окна сидит, – тогда я ничего не знаю. Я горничная.

– Ты не горничная, Лизель. Ты дипломат.

– Дипломатам больше платят, – сказала Лизель и поправила на ней шляпку. – Перо снять?

– Сними.

Лизель выдернула перо и сунула себе в карман передника.

– Я его продам, – сказала она. – Страусовое. У Леви на Соборной за полталера возьмут. Вы ж не против?

– Не против.

– Тогда я вам удачи желаю, – сказала Лизель. – А то я уже четыре года жду, когда вы сбежите. Ставку держу. С кухаркой.

– На что ставка?

– Что до лета. Кухарка говорит – никогда. – Лизель открыла заднюю дверь. За дверью был двор, мокрый, с лужами, и в конце двора – калитка в переулок. – Идите, барышня. Кухарка мне должна будет полталера. Будет мне два полталера – за перо и за вас.

Амалия вышла во двор. У калитки обернулась.

– Лизель. А если я не сбегу? Если вернусь вечером?

назадназад
1 ... 140 141 142 143 144 ... 146
впередвперед