Танька торопилась, продиралась сквозь заросли, царапая лицо и руки, но алый промельк птицы в ветвях появлялся все реже и реже, а тьма вокруг становилась плотнее и плотнее. Танька уже задыхалась, металась между огромными древесными исполинами, натыкаясь на сплошную стену ветвей, и наконец, собрав последние силы, едва различая в наступившем мраке призрачные очертания деревьев, она закричала…
– Что, что случилось? – отозвался рядом голос Инны Аркадьевны. – Таня, что? Страшный сон приснился? Не бойся, ты в изоляторе, я с тобой.
Еще не совсем проснувшись, Танька посмотрела на врача, как на странное лесное явление, и снова закрыла глаза. Однако голос доктора Инны добавил света в лесу, а птица теперь летела совсем рядом. Танька улыбнулась и протянула птице руку. Та призывно махнула крыльями, и они снова двинулись через лес.
Так прошли вечер и ночь. Птица летела рядом. Из лесной чащи навстречу выходили удивительные звери с человеческими головами. От одних они с птицей тут же прятались, другие им улыбались и говорили чтото о погоде. Лес был не так уж и безопасен. Из зарослей выползали шипящие змеи, вокруг тревожно пахло валерьянкой. Таня обернулась и поняла, что за ней идут директор школы вместе с матерью. Они страшно шумели, на весь лес разносились их громкие неприятные голоса. Таня побежала вперед, но птица исчезла в кронах. Бежать было трудно, травы и лианы опутывали ноги, какието существа вцеплялись ей в одежду. Она боролась изо всех сил, но голоса матери и директора становились все ближе, и наконец она проснулась в слезах. Изза двери глухо доносился голос диктора из программы «Время». Часы на стене палаты показывали начало десятого.
– Таня, Таня, проснись, – говорила Инна и гладила ее по волосам. Из окон лился солнечный свет. Танька подтянула одеяло к подбородку, испуганно глядя на врача. – Ты как себя чувствуешь?
– Нормально, – прошептала она, – только слабость.
– Слава богу. Ты, главное, не бойся. Тебя не отчисляют, всё в порядке. Я тебя оставлю пока в медблоке. Тебе надо окрепнуть и успокоиться.
– Мама, – через силу проговорила Таня, – она меня заберет…
– Нет, – уверенно объявила Инна, – не заберет. Всё, в Шахунью ты не вернешься. Останешься здесь. Понимаешь?
Таня недоверчиво смотрела на нее. Инна нагнулась и поцеловала ее в лоб.
– Да у тебя температура! О господи!
Таблетку Таня выпила, а от завтрака отказалась. Лежала и смотрела в потолок. То, что говорила Инна, было здорово, но она уже ничему не верила. Тьма из подвала прорвала запоры и окутала прежде светлый этаж ее дома. Больше не развевались белые занавески на распахнутых окнах. Надо бежать, смутно забилось в голове. Таня закрыла глаза и провалилась в сон.