— Мне нужна клиника, — говорю медленно. — Нормальная. Без лишних вопросов. Где делают тест
на родство. Быстро.
Секунда тишины. Молодец, Костик. Лишние вопросы не задает.
— ДНК?
— Да.
Сжимаю челюсть. Господи, ну зачем я лезу в эти дебри. Чтобы убедиться в очередной раз в
том, что Дашка предпочла мне любого другого. И пацан не мой, не может быть моим. Я
бесплоден. А родинка... Черт, да мало ли таких пятен, родинок, чужих сопляков. Просто
убежусь и точно смогу выкинуть из жизни и памяти Чебурашку.
— Игорь Владимирович… — начинает Костя осторожно.
— Просто сделай. Не разочаровывай меня, Костя. Ты же профи, — перебиваю жёстко. Я злюсь не
на него. На себя. За свою слабость и глупость. — Всё максимально тихо. Никто ничего не
должен узнать. Это просто условность. Я и так знаю, что результат будет отрицательным.
— Понял. Образцы?
Закрываю глаза. Перед ними — её лицо. И мальчишка…
Чёрт.
— Я достану, — глухо отвечаю. — Твоя задача — всё остальное.
— Сроки?
— Как можно быстрее.
Пауза.
— Хорошо. Я выезжаю ближайшим рейсом. Через несколько часов буду на месте.
Сбрасываю, не прощаясь. Телефон остаётся в руке. Слишком тяжёлый для дорогого аппарата.
Отталкиваюсь от окна, провожу ладонью по лицу. В висках стучит.
Семь лет. Семь чёртовых лет я жил с мыслью, что она просто выбрала другого.
А теперь… Ничего ведь не изменилось. И не изменится, я уверен в этом почти на сто
процентов. Скоро я разорву этот замкнутый круг и цепочку разорву, на которой болтается
дурацкое кольцо.
ГЛАВА 25
ГЛАВА 25
Дарья
Ванюшка спит, подперев щечку кулаком. А я мечусь по комнате. И ведь не сбежать. Бежать из
собственного дома — верх идиотизма.
Утро. Скоро придет утро. Проснется солнцем за чертовым окном. Скоро будить Ванечку. Совсем
скоро, главное — не отрубиться и не проспать. Слава богу, карантин в саду закончился.
Иду в кухню. На автомате наливаю в сотейник молоко, достаю пачку какао. Сегодня нужно
порадовать сына, подсластить пилюлю. Не любит мой мальчик детский сад.
На завтрак сделаю любимые горячие бутерброды Ванечки с куриным филе и яйцом. И какао с
зефирками и...
— Меня накормишь? — вздрагиваю. Каменею спиной, за которой стоит Даров. — Уууу, фирменные
бутеры Чебурашки. С ветчиной дешманской?
— С курицей. Слушай, Игорь. У тебя же отдельный холодильник, и...
— Зажала больному несчастному мужику сэндвич. Злюка ты, Дашулья. А я хотел тебя порадовать.
— Хотел съехать? — ухмыляюсь я. Ставлю перед этим мерзавцем тарелку с уродливым кривым
бутербродом. Моим фирменным. Кривым-косым, подпаленным с одной стороны. Ну не получаются у
меня красивые. Зато вкусно. Я отдала этому оглоеду свой завтрак. Он отхлебывает какао из