бы я выпил.
Я вздыхаю. Мне срочно нужно чаю, варенья и белый батон. Да, я заедаю стресс. Поэтому такая.
Поэтому...
— За толстуху ответишь, — тихо шепчет Ванечка. Кулачки сжимает. Но Даров его не слышит.
Зря, кстати. Но сейчас я об этом даже думать не могу. Как-то слишком бодро для
травмированного Игорь вскакивает на ноги. Стучит гипсом по паркету. Боже. Как же я устала.
ГЛАВА 16
ГЛАВА 16
ИгорьДаров
— Так. Значит, мне два яйца бенедикт с соусом холландез, тост с апельсиновым джемом и
кусочком солёного французского масла. Проследи, чтобы джем был БИО обязательно. Чай
цейлонский, без добавок, с ложечкой коричневого сахара. Ну и… Свободна, собственно.
Дарья на меня смотрит как на пришельца, который телепортировался в её квартиру с помощью
ещё не изобретённого модулятора. Что я особенного попросил-то? Жрать охота, аж желудок
сводит. А она таращится на меня, словно я попросил её пойти на край света за аленьким
цветочком.
— Значит так, Даров. В холодильнике два яйца. Они Ваняткины. Ребёнок съест их на завтрак.
Как ты думаешь, если мы копим на компьютерное кресло, апельсиновый БИО джем у нас в скольких
вариантах имеется? Из вышеперечисленного могу предложить кусок батона с майонезом. В
остальном в меню сегодня остатки горохового супа с кусочком отварного куриного окорочка,
чашку цикория без сахара, но с молоком. И карамельку «Раковые шейки», — кривится чёртова
Дашка-Чебурашка.
— Не сорвёт у меня крышку-то от твоего супа?
Да уж, я бы и палкой не притронулся к деликатесам, предложенным мне «радушной» хозяюшкой в
нормальных обстоятельствах, но не умирать же с голоду.
— Смотри, как бы дно не вышибло, — хмыкает Понка.
Интересно, как давно она стала вот такой ядовитой.
— Так что? Будешь есть суп? Или…
— Может, закажем что-нибудь? — позорно даю заднюю. — Роллы, например. Я бы съел унаги.
— С тех унаги, что у нас доставляют, тебя прорвёт со всех сторон, — хмыкает Дашка как-то
совсем по-человечески.
— Даров, давай я тебя отвезу в отель. В городе есть хорошие. С ресторанами, СПА и шикарным
вымуштрованным персоналом. Ты же можешь себе позволить всё и даже больше. Просто освободим
друг друга от идиотизма. Дождёшься там своих родных. Жена же приедет за тобой? Уедешь в свою
жизнь. И всем будет хорошо.
— Суп тащи, — приказываю я.
— И всё остальное. И ещё, только я решаю, как нам будет хорошо. Уяснила?
Она только лишь кивает. Смотрит на меня как-то странно. Не с жалостью, не с ненавистью.
Просто как воробей на тараканище.
— Вот и молодец. И будь другом, намажь мне батон майонезом.
Господи, я сейчас слюной захлебнусь. Майонез, блин. Меня ждёт атеросклероз, кома и смерть