Хозяин положения. Я...
Дверь распахивается слишком резко с грохотом. Я подскакиваю на кровати, отталкиваю от себя
Светлану. Когда она успела стянуть с себя юбку и блузу? Тянет из-под меня уродливое алое
покрывало. А я смотрю на Дашку, одетую в униформу, застывшую в дверях с тележкой для уборки.
И вижу в её глазах что-то ужасно знакомое. А щеки у неё цвета помидора. Она всегда вот так
краснела реактивно. Кожа слишком белая у неё, почти молочная, и все эмоции сразу на лицо.
— Вы... Ты... Простите. Я не...
— Какого лешего? — шипит Светлана. — Тебя стучаться не учили? Обнаглели совсем.
— На двери не было таблички «Не беспокоить». Я подумала, что нет никого. Я...
Поднимаюсь с кровати. Лоб пульсирует болью. Тело гудит от напряжения. Дашка отводит взгляд.
Так же она смотрела и тогда, семь лет назад. Целую жизнь назад.
— Ты же сказала, что не приедешь, — хриплю я.
— Побоялась лишиться половины зарплаты. Штрафы лечат лучше лекарств, — кривит губы женщина
из прошлого. Они у неё обветренные, с красной каёмочкой по контуру. Настоящие.
— Или испугалась? — щурусь. Не умею я её читать. Закрыта от меня. В глазах ненависть. В
руке пипидастр, блин. Так кажется, эта метелка называется.
— Чего? Вы очень высокого мнения о своей демоничности. Я зайду позже. Почищу номер. Не буду
мешать. Прошу прощения. И... Я стучала. Но вы, вероятно, были слишком заняты. Так что можете
продолжать.
— Спасибо, что разрешила. Мы со Светиком отожжем, уж будь уверена.
— Удачи, — она разворачивается слишком резко. Толкает свою тележку с грохотом. Почти
убегает. Талия у Дашки тонкая, а бедра широкие. Раньше это меня сводило с ума. А сейчас...
— Я не поняла, вы знакомы? — тянет Светлана. Черт, она отвратительная. Искусственная вся.
Силикон этот... Как грелка резиновая. — Милый, ну иди ко мне.
— Вон пошла, — цежу я сквозь зубы. Голова сейчас лопнет.
— Что?
— Я сказал, проваливай. — Почти стону. — Фуфлово ты делаешь массаж.
ГЛАВА 9
ГЛАВА 9
Дарья
— Светка рвет и мечет, — таращит глаза Лара, болтая в чашке с чаем размокшим печеньем. Меня
начинает тошнить при виде распухшего бисквита.
— Тебя искала, я сказала, что ты в прачечную пошла. Орала, как Годзилла, клянусь. А мистер
Твистер наш в машину сел и усвистал. Водителя послал на три веселых буквы и так рванул с
места, будто ему перца на одно место сыпанули.
Короче, не советую тебе пока на глаза нашей мымрятине появляться. Слушай, а что
случилось-то?
— Да ничего особенного. — Выдыхаю я. Перед глазами стоит картинка, виденная мной в номере
Дарова. Тошнит начинает еще сильнее. Прям до оскомины.
— Просто я дура.