ГЛАВА 15
ГЛАВА 15
Дарья
Мне страшно. Я несу чушь, а сама дрожу внутри как заячий хвост. Я знаю, что я дура. Что я
просто слабачка и трусиха. Трусиха, которая тащит в свою жизнь самого ненужного на свете
монстра.
— Ты ведь знаешь, что я тебя ненавижу? — бухчу я, таща на себе неподъемного Дарова.
— Правда? Надо же, как мы понимаем друг друга, — он открыто надо мной смеется. Даже не
скрывает. Скот. Это ведь он попользовался мной. Наглумился, показал, кто хозяин прайда. Он
доказал всем, что я буду как собачонка за ним бегать. А потом просто раздавил меня, как
таракашку.
— Ты то меня за что так мучаешь? — шепчу я.
— Странно, правда? — кривится Игорь в ухмылке. — Артистка из тебя, Понка, как из меня
лошара. Кстати, сопляка своего можешь отправить куда-нибудь, пока я у тебя живу. Это не
просьба, если что.
— А ты не обнаглел? Ванька дома, вообще-то. И это ты у него должен разрешения просить
пожить в его комнате, а не он у тебя подышать рядом с тобой. Да и куда я его должна
отправить, по-твоему?
— К отцу его родному, — равнодушно говорит чертов альпинист-герой. — Или что? Бортанул тебя
он? Правильно, солидным дядям не нужна клуша квашня.
— Я сейчас тебя тут брошу, — обещаю, прекрасно понимая, что не смогу сдержать своё слово.
Кем бы он ни был, ему нужна помощь. А я не умею отворачиваться от чужой беды. И в этом
корень всех моих проблем.
— Не бросишь. Потому что ты добренькая и хитренькая. Правда, Дашка-Чебурашка? Ты ведь с
виду вся такая чистенькая, возвышенная. А внутри...
А я ведь по нему ужасно скучала. Первые несколько месяцев ждала. Готова была простить все,
даже измену. Я так хотела, чтобы у моего сына отец был. Не мифический герой. Чтобы он им
гордился, таскал на рыбалку и хоккей. Думала, Даров приедет, осознает... Черт.
Прозрение было длинным, болезненным, острым. Из роддома Томка меня встречала и какой-то её
однокурсник, согласившийся из жалости попритворяться счастливым папашей. А может не из
жалости. Подозреваю, что Томка его шантажировала или подкупила. Даже мама отвернулась от
меня. Я же её опозорила. В подоле притащила. И во всем, во всех моих бедах виноват он — этот
мерзавец. Которого я с упорством ослицы снова тащу в мою жизнь. И самое поганое — в жизнь
МОЕГО сына.
— Не брошу. — вздыхаю я. — Ну а ты как? Счастлив? Анжелка, с которой ты уехал... Хорошая из
неё спутница жизни получилась?
Я вспоминаю, вспоминаю. Руки Игоря, путающиеся в белокурых волосах первой красавицы курса.
Его дыхание. Её тихий стон, выгнутую спину... Его насмешливый взгляд, совсем без раскаяния.
Я их застала как в дурацкой комедии.