– Слушай, Жень, – закряхтел Арам Георгиевич, – я вчера не хотел говорить. Новый год, праздник, зачем портить? Но сегодня подумал и решил, надо сказать. Понимаешь, брат моей жены на мехмате работает, Коля Сергеев (Таня поняла, что речь идет о профессоре, который вел у них семинар по аналитической геометрии). Вы не знакомы, а он мужик хороший, умница, порядочный. Так вот я както упомянул, что твой сын там учится на первом курсе. И знаешь, он Петьку вспомнил…
– Интересно, – неохотно отозвался Евгений Робертович.
– Спросить хочу: Петя тебе сказал, что он отличник?
– Да, а что? Ты не томи.
– А то, Женя, что Петя с трудом тянет. Коля говорит, на семинарах рядом с ним всегда красивая девушка сидит, все за него решает. Эта девушка звезда курса, талант. А Петя неизвестно как зимнюю сессию будет сдавать. Сам ни одной задачи у Коли не решил…
В кабинете повисла пауза.
– Ты, Женя, на меня не обижайся, я не со зла, – снова раздалось кряхтение старого Арама. – Мы все родители. Про моего оболтуса ты все знаешь. А у твоего вроде все было хорошо. И я радовался, Женя. Если другу хорошо, мне тоже хорошо. Но время идет… Помню, как ты мне жаловался: у сына характер портится, врет как дышит. Я его нечасто вижу, конечно. Но коечто замечаю. Он изменился. Вот хотел тебя предупредить.
– Арам, мы старые друзья, – с усилием выговорил Великовский, – я тебя прошу, не надо никому об этом говорить. Это мой сын. Я сам многое замечаю. Но не хочу верить. Спасибо, что сказал. Видимо, надо будет чтото делать. Не знаю что. Наши дети – наша боль.
– Тигран на Запад хочет, – отозвался Арам. – Пятую работу сменил. Нигде не уживается. Скандалы, какието письма за свободу, демонстрации. А по сути… Я же понимаю – не хочет работать. Придумал, что все перед ним виноваты. Страна, родители, школа. Ай, не хочу! Взрослый мужик, тянет из нас деньги, со второй женой развелся…
Таня отошла от двери и вернулась к камину. Петины странности для нее давно не были секретом. Но онато считала, что сама виновата в них. Она легла на мягкий ковер перед камином. То ли потому, что пламя источало нежный жар, то ли потому, что она просто выдохлась, но ей вдруг стало легче. Отныне Петя – это не только ее головная боль. Евгений Робертович как будто взял на себя часть ее тревоги. Привычная тоска уступила место усталости. Рядом с ней присел Дима. Заговорили про работу в Моспроекте, и она сама не заметила, как развеселилась. Быстро выяснилось, что Таня совсем не знает Москвы. Дима тут же объявил, что берет над ней шефство, и обещал обойти с ней все столичные красоты. На том и порешили.