— Конечно. Слушай, ты ведь сейчас отрубишься. Ну, не притворяйся. Я вижу, что ты засыпаешь.
— Просто... Ну. Я думал. Вот если бы у меня был папа, мы бы, наверное, вот так же вместе
хоккей зырили до ночи и пиццу ели. И мне кажется, что если я сейчас усну, то это все
кончится насовсем. И больше не будет так, — шепчет Ванька. Он рассуждает слишком взросло для
мелкого лопоухого семилетки. — Мама домой приедет, и ты уедешь. Я очень хочу, чтобы мама
вернулась, но...
— А если я... — черт, почему так трудно? Почему так ужасно тяжело мне? Я вдруг понимаю, что
не могу ему сказать правду. Потому что не знаю, захочет ли Дашка этого. И боюсь реакции
маленького мальчика, который благодаря мне и понял, что я совсем не герой.
— Игорь Владимирович, — Костик появляется очень вовремя. Избавляет меня от очень трудной
дилеммы. Фартук с рюшами на нем смотрится просто бомбезно. — Я отъеду ненадолго. В клинике
свет рубануло. Ребята звонили. Проверю. Там кашу пацану я сварил на утро и какао.
— Мы едем с тобой, — говорю я твердо. Ванька уже почти спит. Улегся прямо на диване,
подложил кулачок под щеку и сопит. И не мешает ему телевизор, и мое нервное напряжение.
Черт, ну куда его тащить.
— Да там все в штатном, — нервничает Костик. Хоть и пытается быть расслабленным. Даже то,
что он забыл снять фартук, выдает его спешку. — Короче, пацану нечего там делать.
— Я так понял, что ты врешь, — поднимаю бровь. — Фартук у тебя огнище, но еще ни один мой
сотрудник не смог меня кинуть, Костик. Знаешь почему?
— Правда. Тут будет лучше. Квартира закрытая. Дарья под контролем. Игорь Владимирович...
— Вот и оставайся тут с Ванькой, — рычу я. — Ты думаешь, я смогу просто сидеть вот тут,
жрать гребаную пиццу и ждать...
— Слушайте. Там правда ничего особенного. Вырубился свет, сработала пожарная сигнализация.
Парни все проверили.
Может, и вправду я накручиваю. Может, схожу с ума. Но у меня ужасное предчувствие, с
которым я живу чертовых семь лет. И которое меня почти никогда не обманывало.
— Она пытается меня выманить? — щурюсь, не сводя взгляда с помощника.
— Дарью вывезу из больницы. Менты контролируют все выходы и входы из клиники. Начбез ваш
все организовал. Через час заедем за вами.
— Нет. Собирай ребенка. Мы едем сейчас. Это просто чокнутая чертова баба, а не жидкий
терминатор, — хмыкаю я. Кто посмеет мне перечить. Костя не прав. Эта гребаная квартира
совсем не безопасна. И что-то мне подсказывает, что ловят чокнутую ведьму совсем не там,
куда она явится. — Здесь выстави ребят вокруг дома. Костя, я за что вам плачу? Вы не можете