К одному из таких особняков и подъехала карета Николь.
– Ну вот, госпожа графиня, вы и дома! – Гаспар Шерпиньер распахнул перед ней дверцу кареты и протягивал руку, дабы помочь графине выйти.
* * *
Шесть широких ступеней перед входом вели к двойным резным дверям, в которых столбом застыл лакей.
Николь вышла, оглядывая дом, где ей предстояло жить, и удивляясь, почему муж не вышел встречать.
За её спиной шумели, спешиваясь, охранники. Какие-то слуги подхватывали уставших коней под уздцы и уводили за дом, а месье Шерпиньер со вздохом сказал:
– Пойдёмте, госпожа графиня, я представлю вас вашему мужу.
*Джон Донн. «Блоха». Перевод Г. Кружкова
Уже поднявшись по ступеням и войдя в холл, Николь поняла разницу между провинциальным баронским домом и столичным особняком. Зеркальный мраморный пол в крупную черно-белую клетку, позолоченные бра на стенах: без единой капельки воска, в каждое вставлена абсолютно новая восковая свеча с чистыми фитильком. Широкая резная лестница, расходящаяся на две части и ведущая на второй этаж. Эти полированные перила создавал гений!
Столько труда и мастерства вложено было в точёные балясины, скульптуры вздыбленных львов, которые обрамляли первую ступень с левой и правой стороны, роскошную цветочную гирлянду, идущую по низу перил, что Николь невольно остановилась и залюбовалась. Первое ощущение от дома её мужа было таким: «Как в музее!»
Стены до середины были покрыты широкими дубовыми панелями, которые завершала такая же цветочная гирлянда, как на перилах, а выше, до самого потолка, их затянули тканью с крупными золотыми медальонами, в которых переплетались буквы «К» и «М»: Клод де Монферан.
На широкой площадке между этажами месье Шерпиньер указал на правое крыло лестницы, и Николь, чувствуя робость от этой подавляющей роскоши, шагнула на ступени, застеленные бордовой ковровой дорожкой. На площадке второго этажа паркетный пол встречал пришедших огромным цветочным «ковром», выложенным из разных пород дерева. Ступать на него было страшно – хотелось попросить бахилы. На площадку выходили несколько дверей, и одну из них предупредительно распахнул лакей в парчовой ливрее.
У Николь просто глаза разбегались, когда она пыталась рассмотреть все одновременно. Секретарь вёл её по широкому коридору молча, и девушка чувствовала напряжение, идущее от спутника: он то ли сильно волновался, то ли испытывал страх…
Остановившись у двойных дверей, месье Шерпиньер перекрестился и тихо шепнул ей:
– Подождите здесь, госпожа графиня… – он слегка приоткрыл створку и скользнул в образовавшуюся щель.