– Госпожа Ингрид? А кто это?
На глаза Сюзанны навернулись слезы, она молитвенно сложила руки на груди и быстро-быстро зашептала:
– Госпожа графиня… ваше сиятельство... вы меня только не выдавайте! Я же не хотела…
Говорят, розовые очки бьются стеклами внутрь….
После первой брачной ночи никаких розовых очков у Николь не осталось. Что такое гуляющий муж она знала прекрасно, но даже её потряс этот цинизм: содержать жену и любовницу под одной крышей – хамство по меркам любого мира. Все же содержание гаремов в христианстве не принято. Жену, значит, по воскресеньям в храм Божий, а сам – любовницу в дом?!
С утра графиня попробовала поговорить на эту тему со своей компаньонкой. Сразу после завтрака, аккуратно отпивая чай из тонкой, почти прозрачной фарфоровой чашечки, Николь спросила:
– Госпожа Жюли, вы знаете, кто такая Ингрид?
К её удивлению, госпожа Жюли слегка смутилась, потупилась, но ответила так:
– Ваше сиятельство, вы не можете указывать своему мужу, как себя вести.
– Госпожа Жюли, я даже не пытаюсь это делать. Я пытаюсь понять, почему мой муж не боится скандала? Ведь может случиться так, что об этом узнают другие – и его репутация пострадает.
– Госпожа графиня, я запрещаю вам разговаривать на эту тему, – компаньонка строго сжала губы.
– Всему остальному миру вы тоже запретите обсуждать, госпожа Жюли?
Пожалуй, в речи юной графини первый раз скользнуло ехидство, и компаньонка взглянула на неё с удивлением. Впрочем, ответа Николь так и не дождалась, а госпожа Жюли сделала вид, что этого разговора никогда не было.
Это был первый акт неповиновения со стороны юной графини. Честно говоря, акт был слабенький и никого особо не впечатливший, но для самой Николь он явился той самой отправной точкой, с которой она начала медленно и неуверенно меняться, переосмысливая и переоценивая и свою прошлую жизнь, и своё текущее положение.
В целом, после этой бунтарской беседы некоторое время все было достаточно тихо. Юная графиня до сих пор не бывала в большинстве комнат особняка и понятия не имела, что и где расположено. Ей дозволялось покидать свои покои только для уроков, и всегда – в сопровождении госпожи Жюли. Так что, даже зная о существовании любовницы мужа и живя с ней под одной крышей, она никогда её не видела и больше дерзких бесед с компаньонкой не заводила.
* * *
Зато после беседы с Сюзанной, когда графиня не только успокоила перепуганную горничную, поклявшись не выдавать её, но и наградила девушку несколькими монетами, их отношения весьма потеплели. Теперь почти каждый вечер Николь заказывала себе в комнату чашку чая и частенько беседовала с Сюзанной, не забывая подкармливать её деликатесами с господского стола.