***
Весь день Николь избегала беседы с мачехой, сославшись на то, что у неё мигрень и прогулка не помогла. И хотя госпожа баронесса рвалась ухаживать за падчерицей, Николь настояла, чтобы в комнате осталась только Клеменна.
Разговаривать с сестрёнкой приходилось шёпотом, потому что баронесса нет-нет, да и заглядывала к «больной», но Клементина уже сама понимала, что её мать ведёт себя как-то не правильно. Разумеется, критическое мышление у малышки не было слишком уж развито, но её от глупости спасала обыкновенная жалость: девочка видела, как тяжело вести хозяйство Еве и Абелю и в глубине души осуждала свою мать за то, что она лишний раз гоняет старуху, при этом не дозволяя самой Клементине хоть немножко облегчить труд служанки.
Девочка была настолько одинока, что ей не с кем было поделиться своими тайными мыслями и переживаниями и, хотя она старалась не жаловаться, но искреннее недоумение в её рассказе сквозило. Разумеется, по примеру матери она выспрашивала у Николь о том, как выглядит дворец и что носят придворные дамы, ахала и восхищалась описаниями интерьеров, но при этом в словах её не было зависти к чужому богатству: рассказ старшей сестры звучал для неё как сказка, а сказкам не завидуют.
***
Месье Шерпиньер вернулся только к ужину, и видно было, что он сильно устал. Тем не менее, за столом он был как всегда любезен и терпеливо слушал болтовню вдовствующей баронессы изо всех сил старающейся развлечь столичных гостей. Дождавшись, пока закончится ужин, Николь сразу ушла в комнату и баронесса сочла невозможным развлекать постороннего мужчину: ей тоже пришлось покинуть гостя.
Для разговора графиня и секретарь встретились почти через час в той же самой трапезной. Клементина уже уснула, а Николь просто на всякий случай взяла с собой Сюзанну: скрывать что-то от камеристки она не собиралась. Поскольку Сюзанна девушка была практичная и неглупая, то от неё вполне можно было ждать разумного совета.
- Ну что, Гаспар? Вам есть чем порадовать меня?!
- Даже не знаю, что сказать, госпожа графиня, – секретарь достал из кармана записную книжку и, торопливо перелистав её, добавил: – Кое-кого я, конечно, заметил, но всё же выбирать придётся вам…
Список возможных женихов Николь расстроил: два обнищавших дворянина, с аккуратным примечанием напротив фамилии одного из них: «пьющий»; богатый купец, вдовствующий и имеющий взрослых детей, но желающий взять в жёны непременно дворянку; пара нищих офицеров в отставке и гвардейский капитан, овдовевший всего три месяца назад. Николь растерянно взглянула на секретаря и неуверенно спросила: