— О, вот вы где, — Сирена мило, с девичьим очарованием улыбнулась пустотам.

Из глубокой тени за спинами ассасинов, сотрясая пол тяжелыми шагами, вынырнул Глубинный орк. Урраг, ради такого случая с радостью скинувший тесный столичный сюртук, предвкушающе оскалил клыки. В его огромных зеленокожих руках угрожающе звякнули тяжелые якорные цепи.

Убийцы попытались метнуться в стороны, но в густом тумане их пустые силуэты были видны как на ладони. Телохранитель действовал с проворством, совершенно не свойственным его пугающим габаритам.

— Иди сюда, тень! — грубовато хохотнул Урраг, сгребая первого невидимку за шкирку и небрежным рывком впечатывая его в каменную кладку.

Хрустнули ребра, артефакт скрыта не выдержал физического урона, мигнул и с тихим шипением отключился. В воздухе материализовался обмякший, стонущий человек в черном обтягивающем костюме.

Второго ассасина зеленокожий гигант просто сбил с ног мощной подсечкой, тут же навалившись сверху и профессионально, без лишней суеты, пеленая его в железо. Никакой крови или оторванных конечностей — сюзерен ясно дал понять, что не желает видеть грязь в обновленном замке, и вассалы старательно поддерживали заданную эстетику.

— Господин велел паковать аккуратно, — довольно проурчал орк, затягивая последний узел из цепей на брыкающейся жертве. — Как думаешь, водница, мы их в подвал бросим или к потолку для красоты подвесим?

— Оставим здесь, до распоряжений лорда, — Сирена изящно взмахнула рукой, заставляя бриллиантовый туман плавно осесть на пол прозрачной росой. — Не стоит портить интерьер цитадели таким откровенно безвкусным декором.

Паники не было. Ни тревожного звона колоколов, ни топота тяжелых сапог стражи, ни всплесков хаотичной боевой магии. Пепельная Гавань спала так же безмятежно, как и до визита незваных гостей.

Магистр Теней, лидер Гильдии Безликих, бесшумно скользнул под высокие своды главного парадного зала цитадели. Рядом с ним, словно вторая, более густая тень, замер его последний оставшийся боец. Четверо их товарищей, отправившихся в другие крылья замка, просто исчезли. Их артефакты связи молчали, не успев передать ни единого сигнала о помощи.

В душе матерого убийцы шевельнулось липкое, неприятное чувство — профессиональная интуиция вопила, что охотник и дичь давно поменялись местами. Но отступать было поздно, а контракт Великого Дома Воронцовых стоил слишком дорого, чтобы бросить работу на полпути.

Ассасины затаились в абсолютном скрыте у массивных колонн, оглядываясь по сторонам.

Зал, в котором они оказались, потрясал своим холодным, отстраненным великолепием. Изящные многоярусные люстры, питаемые накопителями, заливали пространство ровным, мягким светом. Но главным украшением служил пол. Отполированный поколениями пиратов базальт сейчас покрывал тончайший слой зеркального, идеально ровного льда.