— Вот это я понимаю — дипломатия! — ревел Владыка Инферно, обдавая разум серба запахом горелой серы. — Мы только что плюнули в лицо самому могущественному диктатору Империи и пнули его любимую собаку! Сёгун не сможет это проигнорировать. Он потеряет лицо, если не вызовет нас на Ритуал! Мразко, ты гений провокации! Мы утопим их Черный Замок в их же собственных кишках!
— Спокойствие, Малик, — мысленно отозвался Архимаг, прикрывая глаза. — Это лишь первый ход в партии. Такеда Наобуми — не глупый министр. Он бросит против нас лучших бойцов. Нам предстоит пробиться через турнирную сетку, состоящую из убийц, манипулирующих пространством и массой.
— Плевать! — не унимался демон. — Пусть тащат свои массы! Твоя Энтропия сожрет их всех! Я хочу крови, серб! Я хочу слышать, как хрустят их магнитные доспехи!
Ильяс не стал спорить. Он знал, что впереди их ждет самая жестокая мясорубка за всю историю пребывания в Японской Империи. Ритуал Крови и Стали не предполагал милосердия. Но ему и не нужно было милосердие. Ему нужно было Око Аматерасу. А ради божественного катализатора Архимаг Льда был готов погрузить в вечную зиму весь этот проклятый гравитационный Север.
Маг-поезд, словно железный призрак, мчался сквозь магнитные бури, неся на своем борту смерть, цинизм и абсолютный ноль. Узурпация началась. И пути назад уже не было.
Глава 33
Черный Замок не строился в привычном понимании этого слова. Он был вырван из земной тверди и подвешен в воздухе чудовищной, неестественной силой. Когда бронированный маг-поезд, прорвавшись сквозь пелену магнитных бурь, с натужным воем тормозных систем остановился на краю исполинского кратера, команда гильдии «Черный Лед» смогла воочию оценить масштаб мании величия Северного Сёгуната.
Цитадель Такеды Наобуми парила над бездонной пропастью. Огромные, иссиня-черные скальные массивы, закованные в багровую флорентийскую сталь, медленно вращались вокруг центральной башни, удерживаемые сложной сетью гравитационных векторов и магнитных полей. Архитектура замка игнорировала геометрию и здравый смысл: мосты обрывались в пустоту, водопады текли снизу вверх, испаряясь в свинцовом небе, а оборонительные бастионы висели под перевернутыми углами. Воздух здесь был густым, как кисель. Он имел отчетливый металлический привкус крови и озона, а атмосферное давление заставляло барабанные перепонки болезненно пульсировать.
— Я сейчас блевану, — честно признался Студент, сползая по стенке вагона. Его портативные сканеры сошли с ума еще десять километров назад, экраны просто залило сплошным красным светом зашкаливающих аномалий. — Господин Мразко, гравитация здесь не статична. Она пульсирует. Они используют само притяжение планеты как генератор маны! Мои внутренние органы сейчас весят килограммов по двадцать каждый!