Доказательства государственной измены.
Ильяс аккуратно сложил компромат во внутренний карман мундира. На его губах заиграла едва заметная, жестокая улыбка.
— Гвоздь, — не оборачиваясь, произнес Архимаг. — Забирайте всё, что представляет ценность. Урраг, сожги здесь всё. Оставьте только пепел и лед.
— А мы, ваша светлость? — ухмыльнулся ветеран, запихивая в подсумки дорогие кубинские сигары, найденные на столе босса. — Куда мы теперь? Возвращаемся на флагман пить чай?
Ильяс Михеевич Мразко повернулся к окну, за которым раскинулся сияющий огнями Киото — город, не подозревающий, что в его политической элите скоро появится огромная, кровавая дыра.
— Нет, Гвоздь, — тихо, но так, что у наемника мороз пробежал по коже, ответил аристократ. — Мы идем наносить визит вежливости. Господин министр Окада, вероятно, сейчас крепко спит в своей охраняемой резиденции. Будет невежливо с нашей стороны не пожелать ему спокойной ночи.
Воздух вокруг серба задрожал, скручиваясь в воронку Пространственного Сдвига. Шахматы на доске были расставлены. Пришло время объявлять мат. По-северному.
Глава 30
Элитный сектор Киото, известный среди высшей аристократии как «Сады Безмятежности», разительно отличался от гниющей, кислотной ямы Дэдзимы. Здесь не было бесконечного дождя — над районом висел колоссальный маго-технологический купол, поддерживающий идеальный микроклимат. Воздух пах цветущей сакурой, озоном и огромными деньгами. Улицы выстилал безупречно ровный полимерный асфальт, поглощающий любой шум, а особняки имперских министров и глав мегакорпораций напоминали неприступные крепости, скрытые за голографическими иллюзиями традиционных японских садов.
Пространство над декоративным прудом в саду министра Окады дрогнуло. Это не было похоже на дешевые порталы гильдейских магов, которые всегда сопровождались вспышками света и хлопками вытесненного воздуха. Пространственный Сдвиг пятого ранга работал иначе. Гравитация просто сложилась внутрь себя, образуя бесшумную воронку, из которой на идеально подстриженный газон шагнул Ильяс Михеевич Мразко.
Архимаг остановился, медленно втягивая ноздрями искусственно очищенный воздух. Его драконий плащ, слегка пострадавший от плазмы в казино, уже восстановил свою структуру, поглотив крохи окружающей тепловой энергии. Термодинамика этого места вызывала у серба легкое раздражение. Слишком идеально. Слишком стерильно. Тепло здесь распределялось по строгим, математически выверенным алгоритмам климат-контроля. Никакого хаоса, никакого естественного сопротивления среды.