[ВНИМАНИЕ! СТАТУС ВРАЖЕСКОЙ ФРАКЦИИ ИЗМЕНЕН]
[Зафиксирована угроза класса «Легион Скверны»]
[Приближается Пепельная Эскадра. До визуального контакта: 3 минуты]
В сознании чародея хищно, раскатисто расхохотался Малик Дэ Сад. Запахло серой. Демон предвкушал грандиозную бойню.
Ильяс Мразко не дрогнул. Лицо лорда оставалось абсолютно безмятежным, лишь в глубине сапфировых глаз вспыхнул ледяной, расчетливый азарт. Архимаг неторопливо, смакуя каждую каплю, допил вино и с легким звоном поставил пустой хрусталь на перила.
— Флот мертвецов? Какая отчаянная и восхитительная глупость, — мягко произнес сюзерен, изящно поправляя кружевные манжеты. — Столичные интриганы совсем не учат физику. Абсолютный ноль — это ведь лучший в мире консервант.
Великий комбинатор развернулся на каблуках, и его голос, усиленный магией, ударил по перекрытиям цитадели тяжелым, властным набатом:
— Трубите боевой сбор, господа. К нам плывет ужин для акул, и он уже изрядно протух.
Глава 13
Закат над океаном умер, так и не успев догореть.
Вместо привычной северной тьмы на Пепельную Гавань наполз густой, тошнотворно-зеленый туман. Он струился по почерневшим волнам липкими щупальцами, неся с собой концентрированный, выворачивающий наизнанку смрад вскрытого могильника и гниющих водорослей.
Вода в бухте с глухим, чавкающим звуком расступилась. Из некротического марева вынырнули они.
Пепельная Эскадра.
Это не были привычные глазу пиратские шхуны или стройные имперские фрегаты. К берегам цитадели неумолимо приближались исполинские левиафаны, слепленные из разбухшего, гниющего дерева и скрепленные почерневшими костями. Их паруса были сшиты из лоскутов человеческой кожи, а борта обросли уродливыми пульсирующими наростами черных кораллов. На палубах, в безмолвном, пугающем оцепенении застыли сотни раздутых утопленников и многоруких костяных конструктов.
Мертвый флот не издавал ни звука. Лишь черная вода мерзко шипела, соприкасаясь с концентрированной Скверной.
На крепостных стенах Гавани повисла ледяная, звенящая от напряжения тишина. Наемные артиллеристы, которых великий комбинатор совсем недавно выкупил из Долговой Ямы, повидали на своем веку немало крови. Они не боялись абордажей, картечи или огненных шквалов. Но хтонический, потусторонний ужас, исходящий от мертвецов, парализовывал волю. У кого-то из канониров с лязгом выпал из дрожащих рук металлический банник. Опытные ветераны с побелевшими лицами пятились от бойниц, инстинктивно сжимая на груди защитные амулеты.
Паника, липкая и заразная, как чума, уже готова была сорвать оборону.