Абордаж был молниеносным.

Ильяс не стал утруждать команду перекидыванием трапов. Адепт просто шагнул за фальшборт своего флагмана. Океан под его сапогами послушно кристаллизовался, образуя широкий, сверкающий ледяной мост, по которому чародей в синем бархате неспешно, с убийственным клановым достоинством перешел на вражеское судно.

Его Аура тяжелым, невидимым прессом обрушилась на галеон. Воздух мгновенно вымерз, покрывая снасти и доски бритвенно-острым инеем. Слабенькие щиты четырех наемных огневиков, охранявших груз, лопнули, как мыльные пузыри. Стражники, задыхаясь от абсолютной стужи и подавляющего давления, рухнули на колени, роняя оружие.

Мразко не доставал саблю. Ему было достаточно просто присутствовать, чтобы сломать их волю.

Из капитанской рубки, спотыкаясь на замерзших досках и трясясь от ужаса, выбежал седеющий купец в богатом сюртуке. При виде фрегата без опознавательных знаков и пугающего мага льда он судорожно сглотнул.

— П-пощадите, господин! — заикаясь, выдавил капитан, падая на колени. — Берите груз! Арканиум… все в трюмах! Только не жгите корабль!

— Встаньте, любезный. И прекратите истерику, вы портите эстетику грабежа, — брезгливо бросил чародей, глядя на него сверху вниз. — Мой Род не занимается бессмысленным вандализмом. Мы лишь взимаем официальную транзитную пошлину за проход по нашим суверенным акваториям.

Купец непонимающе заморгал, не в силах сопоставить ледяное спокойствие аристократа с откровенным, наглым разбоем.

Ильяс сделал едва заметный жест. Ветераны, не проронив ни слова, бросились к трюмам, деловито перегружая тяжелые ящики с драгоценной мана-рудой на борт фрегата. Нелюди молча контролировали палубу, и само их присутствие парализовывало любые мысли о сопротивлении.

Спустя полчаса трюмы галеона были пусты.

Мразко подошел к трясущемуся капитану. Чародей извлек из кармана деревянный герб Воронцовых, сорванный со стены Пепельной Гавани. Короткий импульс Источника — и багровый символ с влажным хрустом раскололся пополам, намертво вмерзнув в массивный кусок идеально прозрачного, нетающего льда.

Ильяс небрежно всучил этот монолит в дрожащие руки купца. Холод обжег кожу, но капитан не посмел выпустить предмет.

— Передайте этот сувенир вашему Патриарху, — чеканя каждое слово, произнес ледяной маг. В его глазах не было ничего, кроме пустоты абсолютного нуля. — И сообщите, что отныне любой груз Воронцовых, проходящий через этот сектор, подлежит конфискации. Мой Род объявляет монополию на южные маршруты.

Развернувшись, Ильяс неспешно проследовал обратно на свой фрегат. Ледяной мост с хрустом осыпался в воду, едва сапоги Адепта коснулись палубы «Абсолютного Ноля».