Слово «воровство» подействовало на вассала как удар кувалдой. Абсолютная, железобетонная наглость вкупе с подавляющей магической мощью сработала безотказно. Воля коменданта была полностью парализована. В его примитивной картине мира только высший иерарх Клана мог вести себя с такой беспощадной жестокостью и апломбом.

— В-ваше сиятельство… это гнусная клевета! — залепетал вассал, низко кланяясь и стирая со лба выступивший холодный пот. — Гарнизон верен Роду! Никакого воровства! Вся мана-руда и золото учтены до грамма! Позвольте мне показать главную сокровищницу, я докажу!

— Показывайте. И молитесь своим богам, чтобы цифры сошлись, — брезгливо бросил чародей, отворачиваясь.

В подсознании Малик Дэ Сад искренне, с металлическим лязгом восхитился этой сценой.

—Гениально, князь, — прошелестел демон. Запах серы и пролитой крови стал почти осязаемым. —Заставить овец самих открыть двери бойни… Твои методы определенно заслуживают внимания Инферно.

— Я предпочитаю называть это высочайшей ревизией с полным изъятием активов, — мысленно, с холодной усмешкой ответил Ильяс.

В окружении своей угрюмой свиты, чеканящей шаг по камням, он невозмутимо последовал за сломленным комендантом прямо в сердце вражеской цитадели. Афера приближалась к кульминации.

Путь к главной сокровищнице лежал через вырубленные в черном базальте коридоры. Воздух здесь был спертым, пах нагретым камнем и сырой мана-рудой. Комендант суетливо семенил впереди, освещая дорогу артефактным факелом и то и дело оборачиваясь, чтобы проверить, не обрушился ли на него гнев эмиссара. Замыкал шествие десяток хмурых артиллеристов Ильяса, мерно печатая шаг и безупречно играя роль бездушных цепных псов Клана.

Вскоре группа достигла массивных стальных ворот, испещренных охранной вязью. Вассал приложил к рунному замку свой клановый перстень, и створки с тяжелым гулом разъехались в стороны.

Сокровищница Пепельной Гавани впечатляла. Вдоль стен громоздились тяжелые дубовые сундуки, доверху набитые чеканным золотом. В центре зала высились штабеля тускло мерцающих слитков арканиума — ценнейшей мана-руды, ради которой Великие Рода стирали друг друга с лица земли.

Ильяс переступил порог. Его глаза холодно блеснули. Опальный дворянин оценивал этот куш не как жалкий налетчик, а как законный владелец, пришедший забрать причитающееся.

— Как видите, ваше сиятельство! — задыхаясь от волнения, отрапортовал комендант, указывая на учетные книги, лежащие на пюпитре. — Все на месте. В точности до унции. Никакой недостачи!

— Я вижу, — сухо процедил Мразко. Он небрежно махнул рукой в синем бархате своим людям. — Приступайте к изъятию улик, господа. Погрузить всё на фрегат. До последнего слитка.