– А как отличить эти копии, то естькапусту, от оригинала без лабораторного анализа?
– Очень просто – переверните и посмотрите на деревянный подрамник.
Килгор последовал его совету.
Хегарти показал почти микроскопическую бороздку на правой поперечине:
– Это след от моего ногтя, вот как я отмечаю свою работу.
Килгор кивнул:
– Впечатляющая копия. Я специально изучал технику Фрагонара, и вы чертовски хорошо ее переняли. Рама не той эпохи, и это явно не старый холст, но в целом вышла отличная подделка.
Комплимент был произнесен тоном, в котором теплоты было не больше, чем в куске льда.
– Ценю вашу похвалу, спасибо. – Хегарти воззрился на гостя. Тот все больше тревожил его. – Итак, вы пришли сюда, чтобы спасти мою жизнь. Я весь внимание.
Поведение американца как-то странно изменилось. Хегарти не понимал, в чем дело.
– Есть ли у вас дома картина, которую вы цените больше всего, мистер Хегарти? Или позвольте мне задать вам этот вопрос по-другому: есть ли у вас дома картина, которая стоит приличных денег? Возможно, ваша любимая?
Хегарти не колеблясь указал на холст, висящий на стене. На нем был изображен средневековый трубадур в красной блузе и панталонах, играющий на флейте для прекрасной дамы в красном, струящемся мягкими складками платье. Она сидела на земле, фоном служил сельский пейзаж, рядом мужчина в треуголке склонился над парой других сидящих женщин с двумя детьми. На заднем плане возвышалась невероятная, сюрреалистическая решетчатая арка. Классический образец fête galante.
– Я так и подумал, что вы выберете это, – сказал Килгор. – Ватто. Оригинал находится в галерее Уффици во Флоренции.
– Или так думают в Уффици, – криво усмехнулся Хегарти.
Килгор нахмурился:
– Я восхищен. Обязательно захожу в галерею посмотреть «Рождение Венеры» Боттичелли и эту картину Ватто каждый раз, когда приезжаю в этот прекрасный город, вернее, в город, который был бы прекрасен, если бы не постоянный шум адских мопедов, на которых помешаны итальянцы.
Хегарти кивнул, все еще улыбаясь:
– Рад это слышать, мистер Килгор. Приятно знать, что вы можете восхищаться моим искусством, когда приезжаете во Флоренцию.
Килгор подошел к картине и пристально уставился на нее:
– Вы пытаетесь сказать то, о чем я думаю, мистер Хегарти?
Тот поднял руки в жесте защиты:
– Если вы восхищаетесь картиной и она доставляет вам удовольствие, имеет ли значение, оригинал это или почти идеальная копия?
– Да, конечно! – отрезал Килгор с еще большей суровостью. – Оригинал связывает вас с историей, с миром, каким он был тогда. Если это подделка, вы обманываете всех, кто ею восхищается.