Он изо всех сил старался сохранить невозмутимое лицо игрока в покер, расспрашивая Дюбуа о происхождении картины. Портеус знал всех уважаемых торговцев произведениями искусства в Лондоне и, конечно, по всей Европе, и этот щеголеватый человек с бегающими глазками птицы в поисках корма, подергивающимся лбом и слишком часто вспыхивающей улыбкой никогда не попадался ему на глаза.
Если эта картина не являлась чрезвычайно хорошей подделкой – а судя по кракелюру на поверхности, пятнам плесени и печати на обороте холста, повреждениям рамы и общему состоянию картины, это был подлинник, и интуиция Чарли подтверждала, что так и есть, – то перед ним была чрезвычайно важная, давно пропавшая работа одного из самых любимых им мастеров восемнадцатого века: «Весна» Жана-Оноре Фрагонара. Одна из четырех картин, посвященных временам года и считавшихся утраченными на протяжении более двухсот лет.
Специалисты сходились во мнении, что серия «Времена года» висела в каком-то французском замке и эти полотна были украдены или погибли во время Французской революции.
Чарли, как и стоявший перед ним человек, если только тот не был законченным шарлатаном, прекрасно знал: на последней крупной распродаже Фрагонара, проведенной аукционным домом «Бонхамс», портрет Франсуа-Анри, пятого герцога д’Аркура, ушел с молотка за 17 106 500 фунтов стерлингов, что стало мировым рекордом для работ этого мастера.
Портеус спокойно спросил, какая сумма интересует владельца, и получил ответ: пятьдесят тысяч фунтов.
– Почему вы принесли это мне?
Столь низкая цена убедила Чарли, что он имеет дело с глубоко нечестным человеком.
– Мне сказали, что вы ведущий эксперт по этому периоду, – проговорил Дюбуа на своем английском с сильным акцентом.
– Господин Дюбуа, почему бы вам не выставить картину на аукцион «Бонхамса», «Кристи» или, может быть, «Сотби»? – поинтересовался Чарли, пытаясь дополнительно прощупать собеседника.
Бегающий взгляд француза сказал ему все, о чем он хотел узнать:
– Я думал, что смогу продать вам эту картину быстро.
Без всяких дополнительных расчетов Портеусу было известно: реальная стоимость подлинника может составить от трех до пяти миллионов и даже больше, если правильно выбрать аукцион. А если объединить полотно с тремя остальными, чтобы составить полную серию, стоимость подскочила бы в несколько раз, достигнув астрономической суммы.
Это могло стать палочкой-выручалочкой для спасения от финансового кошмара, в котором он находился.
3. 16 октября, пятница
Француз чрезвычайно неохотно согласился оставить картину Портеусу на ночь, чтобы тот мог дополнительно осмотреть ее и свериться с «Реестром утерянных произведений».