– Работы Дэниела Хегарти действительно имеют некоторую ценность. Можно понять почему, правда, когда видишь такую красоту? – Он повернул холст, чтобы она могла видеть его полностью.
– Да, Хегарти – отличный художник, – неохотно признала Фрейя. – Но я не хочу, чтобы это висело в гостиной. Вообще не желаю видеть эту картину в нашем доме.
Удивленный ее горячностью, Гарри сказал:
– Дорогая, Дэниел Хегарти действительно порядочный человек. Он явно искренне сожалеет о том, что нам пришлось пережить, – я понял это по его голосу, когда говорил с ним сегодня утром. По крайней мере, теперь у нас есть копия на память.
Ее лицо стало рассерженным.
– На память? Конкретно, о чем? О том, как нас связали и угрожали жизни нашего сына?
Он пожал плечами и уставился на свою пивную банку.
– А наши мечты?
–Наши мечты илитвои ? – Тут она немного смягчилась, увидев, что Гарри обиделся. – Извини, я не это имела в виду. Послушай, даже если полиция поймает этих негодяев и вернет картину, мы все равно не узнаем, оригинал это или просто хорошая подделка, верно?
– Ну, это быстро выяснится.
– Отлично. А если бы картина оказалась фальшивой и стоила не больше двадцати фунтов, которые ты за нее заплатил, нам было бы сейчас хуже?
Он задумался на мгновение, а затем улыбнулся:
– Нет. Но ведь всегда можно помечтать, правда?
Она задумчиво улыбнулась в ответ:
– Гарри, любовь моя, помнишь слова, которые ты написал мне в открытке на годовщину свадьбы? Вскоре после того, как родился Том?
Он нахмурился:
– Что-то припоминаю.
– А я никогда не забывала. Ты написал: «Моей дорогой Фрейе и нашему малышу Тому. Наша семья – воплощение нашей мечты. Давай никогда не забывать об этом». – Она снова улыбнулась. – Теперь вспомнил?
Да, он вспомнил.
– Ага, – кивнул он.
– Для меня это никогда не менялось. Наша жизнь, то, что мы вместе и у нас есть наш удивительный, замечательный сын и милый Джинкс, – это и есть мечта. И не нужно быть мультимиллионером, чтобы сделать свою жизнь полноценной. Быть с людьми, которых я люблю, – вот чего я хочу. – Она ткнула пальцем в картину. – Эта чертова штука как-то улучшила нашу жизнь? Принесла нам удачу? Я так не думаю – она просто доставила кучу проблем. Эта чертова штука могла уничтожить нашу семью. Том мог запросто умереть прошлой ночью. Мы были счастливы, пока эта картина не попала к нам, не изменила наше сознание, не заставила поверить, что мы выиграли в лотерею. Я не хочу вешать ее в гостиной, я хочу выбросить ее в мусорку.
98. 8 ноября, пятница
Что Рой Грейс действительно любил в своей работе, так это постоянное разнообразие. И его было предостаточно за последние сорок восемь часов, вот уж точно.