Брэнсон покосился на него:
– Соптикой ? Ты перенял одно из словечек Кассиана Пью?
Грейс натянул тканевую шапочку и выбрал свежую марлевую маску:
– Сейчас тебе так не кажется, но на самом деле я, как и всегда, пытаюсь двигать вперед твою карьеру.
– Серьезно?
Грейс пожал плечами:
– Ты прошел путь от рядового констебля до детектива-констебля, детектива-сержанта, а теперь детектива-инспектора – и это за сколько лет?
– И потерял жену, почти потерял детей, а теперь рискую потерять невесту. Должен ли я быть благодарным?
– Это зависит от того, как ты определяешь благодарность.
– Ну ты и мерзкий тип. Опять отвечаешь вопросом на вопрос!
– Ну так скажи! – Грейс заметил, что тот нервно заламывает руки. – Гленн… – протянул он примирительно, чтобы успокоить его, потом надел маску. – Пошли работать.
В узком коридоре они свернули направо, миновали закрытую дверь изолятора и вошли в просторное помещение с двумя зонами для вскрытий, разделенными аркой.
Морг работал в стандартном режиме по будним дням – обычно ни покойники, ни их родные и близкие особенно не торопились со вскрытием. Поэтому трое штатных патологоанатомов, занимавшихся теми, кто умер обычной, не вызывающей подозрения смертью, отдыхали по выходным.
Патологоанатомы МВД были лишены подобной роскоши. Они специализировались на расследовании возможных убийств, а в таких ситуациях время почти всегда критично. Зарплаты у них были выше, но они эту разницу отрабатывали, будучи на связи круглосуточно семь дней в неделю, готовые мгновенно выехать куда угодно и заниматься своим делом сколько понадобится, – как на месте преступления или обнаружения тела, так и в морге, изучая во всех подробностях трупы и зачастую обстановку. Надо сказать, редкое вскрытие занимало менее шести часов.
Слева от Грейса стояли четыре пустых стола из нержавеющей стали. Справа – еще четыре, также пустых в это воскресное послеобеденное время, и один, на котором лежало тело Арчи Гоффа, все еще полностью одетое, под ярким светом, под взглядами группы людей в одинаковых синих халатах, белых бахилах и сине-белых марлевых шапочках с масками. Судмедэксперт Мишель Уэбсдейл, фотограф-криминалист Джеймс Гартрелл, чередующий статичные снимки с видеосъемкой, помощник прозектора Даррен Уоллес и Клио, делающая записи рядом с Надюшкой де Санча, – рыжеволосая испанка в этот момент обклеивала каждый сантиметр одежды Гоффа лентой, а Гартрелл передвигал пластиковую линейку вдоль тела после каждого ее кивка.
Эта часть расследования убийств всегда вызывала у Грейса отторжение. Будь на месте заместителя старшего следователя кто-то другой, он с радостью возложил бы на него бремя руководства и уехал домой наслаждаться воскресным отдыхом. Но он чувствовал ответственность перед Гленном. С момента их первой встречи, когда Брэнсон присоединился к его команде еще зеленым детективом-констеблем, Грейс проникся к нему симпатией, разглядев в нем амбициозность и потенциал, – он сам был таким в молодости. С тех пор он взял курс на продвижение Гленна, который стал его хорошим другом.