Ильяс материализовался в двадцати шагах от Сёгуна. На черном драконьем сюртуке аристократа появилась рваная прореха — гравитационная волна успела зацепить ткань.

— Масса — это лишь следствие энергии, Такеда, — ледяным тоном отозвался глава Рода, стряхивая с рукава каменную пыль. — А любая энергия стремится к покою. Ты расходуешь ману, чтобы изменять вес. Я не трачу ничего, чтобы её отнимать.

Архимаг вскинул обе руки.

— Термодинамический захват. Радиус: вся арена.

В этот раз Ильяс не создавал вакуум. Он атаковал саму среду. Температура на гигантском стадионе начала падать с катастрофической скоростью. Влага в воздухе кристаллизовалась, превращаясь в плотный, непроницаемый буран. Снежные вихри закружились вокруг Сёгуна, впиваясь в его тело ледяными иглами.

Такеда вырвал меч из камня и крутанул им над головой.

— Отрицание массы! — рявкнул диктатор Севера.

Вокруг него образовалась сфера инвертированной гравитации. Снег, лед, обломки камней — всё это начало отлетать от Сёгуна в стороны, словно от невидимого барьера. Он создал зону, где притяжение работало в обратную сторону, защищая его от любых физических атак.

Сёгун ринулся в атаку прямо сквозь буран. Он не касался земли, он скользил по гравитационным линиям, маневрируя с невозможной для человеческого тела грацией. Черный меч описывал смертоносные дуги, каждая из которых могла разрезать пополам крейсер.

Ильяс не стоял на месте. Бой перешел в фазу сверхскоростей. Зрители на трибунах видели лишь смазанные силуэты — багровый и черный, — которые сталкивались в воздухе, порождая вспышки разрываемого пространства и снопы ледяных искр.

Гвоздь, стоящий у края воронки арены, присвистнул, опуская гранатомет. В таком бою его оружие было бесполезно — он скорее зацепил бы своего командира, чем попал по Сёгуну.

— Пацан, — наемник ткнул локтем трясущегося Студента, который не отрывал взгляда от экранов своих сканеров, показывающих абсолютный хаос. — Скажи мне, как ученый человек, кто сейчас побеждает? Потому что я ни черта не вижу, кроме снега и летающих камней.

— О-они… они ломают фундамент реальности! — пропищал артефактор, судорожно глотая валерьянку прямо из горла. — Показатели массы скачут от нуля до бесконечности! А температура в центре… Господин Мразко держит там минус сто пятьдесят градусов! Если это продлится еще пару минут, материалы арены просто распадутся на атомы от усталости!

Урраг, сидевший на обломках барьера, разочарованно рыкнул. Ему было скучно. Магия такого уровня не предполагала честного рубилова на топорах, которое так любил глубинный орк.