Воздух над ареной Черного Замка стал густым и вязким, словно невидимый океан внезапно обрушился на трибуны. Черный тати в руках Сёгуна Такеды Наобуми не просто не отражал свет — он втягивал его в себя, оставляя в пространстве темный, пульсирующий шлейф. Это оружие не нуждалось в заточке. Метеоритное железо, закаленное в эпицентре гравитационных аномалий, разрывало молекулярные связи любой материи, с которой соприкасалось.

Такеда не стал тратить время на театральные стойки. Он просто исчез.

Для обычного глаза это выглядело как телепортация, но Ильяс Михеевич Мразко, чье восприятие было усилено Пространственной магией до предела, видел всё иначе. Сёгун изменил вектор притяжения перед собой, создав гравитационный колодец, в который его собственное тело ухнуло с ускорением в несколько десятков «g». Это был не прыжок, это было падение по горизонтали со сверхзвуковой скоростью.

Черный клинок беззвучно разрезал пространство, метя прямо в шею Архимага.

Мразко не стал отпрыгивать — от гравитации невозможно убежать. Он выставил вперед правую руку, формируя на предплечье щит из абсолютно плотного, спрессованного до алмазной твердости льда, усиленного пространственной складкой.

Удар.

Звука столкновения не было. Вместо него раздался тошнотворный, низкочастотный гул, от которого у зрителей на нижних ярусах трибун пошла кровь из ношей и ушей. Кинетическая энергия удара, умноженная на чудовищную массу, вложенную Такедой через клинок, обрушилась на ледяной щит серба.

Пространственная складка Ильяса заскрипела, поглощая колоссальное давление. Лед под ней пошел сетью трещин, но выдержал. Зато не выдержала сама арена. Магнитная стружка и рунические плиты под ногами сражающихся просто испарились в радиусе десяти метров. Образовался кратер идеальной сферической формы, на дне которого стояли два Архимага.

— А он крепкий орешек! — радостно завопил Малик Дэ Сад, чей голос с трудом пробивался сквозь звон в ушах Ильяса. — Смотри, Мразко, он даже не вспотел! Отруби ему руки, пока он не расплющил нас в блин!

Такеда, не меняя выражения лица, увеличил давление на клинок.

— Твой лед крепок, варвар, — проскрежетал Сёгун, чьи глаза горели фанатичным огнем. — Но масса всегда побеждает. Гравитационный Пресс.

Вес черного меча внезапно возрос до нескольких сотен тонн. Ледяной щит Ильяса брызнул осколками. Серб успел разорвать дистанцию Пространственным Сдвигом за миллисекунду до того, как тати опустился на дно кратера. Оружие ушло в сплошной камень по самую гарду, вызвав локальное землетрясение. Черный Замок вздрогнул, несколько парящих башен на периферии цитадели опасно накренились, потеряв синхронизацию с основным гравитационным ядром.