— Биология вкусная! — рыкнул Малик, выпустив в сознании серба облако серного дыма. — Ты стал невыносимым занудой со своей термодинамикой. Спорим, если я жахну геотермальным выбросом прямо под его креслом, этот тостер даже не успеет понять, как расплавились его хваленые нейроинтерфейсы? Давай проверим. Чуть-чуть черного пламени. Просто чтобы посмотреть, как у него задымится визор.

— Заткнись, — ментально отрезал аристократ, захлопывая барьер воли с оглушительным внутренним звоном. Демон недовольно заворчал, но подчинился, перейдя в режим пассивного, злорадного наблюдения.

Ильяс перевел взгляд на Синдзиро. Киборг ответил ему прямым, изучающим взглядом электронных линз.

— Вы оставили после себя весьма… живописный пейзаж на Дэдзиме, Архимаг, — шелестящий голос главы Теневого кабинета прорезал морозную тишину салона. Синтезатор речи лишал слова любых эмоций, превращая их в сухую констатацию фактов. — Мои аналитики до сих пор изучают руины казино «Золотой Дракон». Оябун клана Стального Карпа, чье тело стоило больше, чем годовой бюджет средней провинции, превратился в горстку ледяного пепла. Его экспериментальный плазменный реактор был не просто уничтожен. Он был… выпит.

— Я не пью плазму. От нее изжога, — холодно отозвался серб, стряхивая невидимую пылинку с манжеты. — Я лишь восстановил термодинамический баланс. Глава клана генерировал слишком много тепла, нарушая естественную энтропию пространства. Я помог ему остыть. Тот факт, что его синтетические кости не выдержали перехода к абсолютному нулю — это проблема японских инженеров, а не моей магии.

Визор Синдзиро едва заметно мигнул, меняя оттенок с багрового на темно-алый.

— А бывший министр Окада? — продолжил допрос киборг. — Бригады Теневого кабинета нашли его в запертой изнутри спальне. Его кровоток был остановлен, легкие покрылись инеем, а нервная система пережила шок, несовместимый с жизнью. Тем не менее, он жив. Медики пытаются понять, как человеческое тело могло выдержать криогенную заморозку без разрушения клеточных мембран.

— Пусть ваши лекари почитают учебники по фундаментальной физике, — равнодушно посоветовал Мразко. — Если понижать кинетическую энергию молекул жидкости с правильной, контролируемой скоростью, фазовый переход воды в лед происходит без образования острых кристаллических граней. Плоть не рвется изнутри. Она просто ставится на паузу. Господин Окада был слишком нервным. Ему требовался длительный, глубокий отдых. Я обеспечил ему покой. И в качестве благодарности он передал моему Роду права на порт. Всё абсолютно законно.