От флагманского дредноута адмирала Того отделился небольшой, стремительный катер, сверкающий полированным металлом и золотыми гербами Японской Империи — хризантемами с шестнадцатью лепестками. Катер, не обращая внимания на ледяные торосы, созданные аурой «Абсолютного Ноля», направился прямиком к пирсу, у которого был пришвартован корабль Ильяса.

— Встречайте гостей, Гвоздь, — холодно распорядился аристократ, поправляя воротник мундира. — Пусть поднимутся на борт. Но оружие они оставят у трапа. Если кто-то из них попытается пронести хотя бы зубочистку — лишайте их кинетической энергии. Без предупреждения.

Наемник плотоядно усмехнулся.

— Будет сделано, командир. С удовольствием переломаю пару наманикюренных пальцев адмиральским адъютантам.

Спустя пятнадцать минут в кают-компанию «Абсолютного Ноля» — просторное помещение с длинным дубовым столом и картами морских течений на стенах — вошла делегация.

Их было трое. Впереди шел высокий, сухопарый офицер в парадном белом мундире с золотыми эполетами. Его лицо было бесстрастным, как маска театра Но, а глаза холодными и цепкими. Это был капитан первого ранга, личный посланник адмирала Того. За ним следовали два элитных гвардейца в церемониальной броне. Как Гвоздь и обещал, их плазменные катаны остались у трапа, и сейчас гвардейцы чувствовали себя явно неуютно в промерзшем помещении флагмана, то и дело бросая нервные взгляды на застывшего в углу орка, которого ветеран все-таки растолкал ради такого случая.

Ильяс Михеевич Мразко сидел во главе стола, откинувшись на спинку кресла. Он даже не поднялся поприветствовать вошедших. По законам дипломатии это было неслыханным оскорблением, но Архимаг играл по своим правилам. Он был хозяином этого льда.

— Архимаг Мразко, — посланник коротко поклонился, не выказывая возмущения. Его голос звучал ровно, как заученный текст. — Адмирал Того Хасэгава передает вам свои глубочайшие извинения за то, что не смог присутствовать лично. Дела флота требуют его безотлагательного внимания.

— Оставьте эти танцы, капитан, — прервал его серб, его голос резал воздух, как скальпель. Температура в кают-компании мгновенно упала, заставляя японцев невольно поежиться. — Адмирал не пришел, потому что не хочет дышать одним воздухом с бастардом. И потому что Император запретил ему устраивать здесь войну. Ближе к делу.

Посланник ни мускулом не дрогнул на лице, хотя его дыхание превратилось в густой пар. Он извлек из-за пазухи свиток из дорогого пергамента, перевязанный золотым шнуром с тяжелой сургучной печатью.

— Его Божественное Величество, Император Японской Империи, Владыка Плазмы и Правитель Садов Идеального Равновесия, — торжественно провозгласил офицер, — приглашает главу Рода Мразко на личную аудиенцию в императорский дворец Киото. Встреча назначена на сегодняшний полдень. Вас будет сопровождать эскорт Теневого кабинета.