Температура в переулке рухнула вниз с такой скоростью, что капли непрекращающегося дождя замерзли прямо в воздухе, повиснув тысячами крошечных ледяных игл.

Командир экзоскелетов, не раздумывая, открыл огонь. Сгустки раскаленной плазмы с воем понеслись к Архимагу, готовые испарить его вместе с брусчаткой.

Ильяс даже не поднял руки. Он лишь презрительно скривил губы.

— Термодинамическое поглощение.

Физика сошла с ума. Плазменные заряды, не долетев до серба пары метров, начали стремительно терять яркость. Их кинетическая энергия и колоссальное тепло просто исчезали, всасываясь в невидимую воронку абсолютного холода, созданную волей аристократа. Смертоносные сгустки превратились в жалкие хлопья серого пепла, которые безвредно осыпались на сапоги Архимага.

Строй якудза замер в парализующем ужасе. Никто из них никогда не видел магии такого уровня. Их стимуляторы и импланты были бесполезны перед лицом стихии, подчиненной холодному интеллекту.

— Вы нарушили мой покой, — голос Ильяса звучал тихо, но каждое слово ввинчивалось в барабанные перепонки врагов, обжигая холодом. — И попытались забрать то, что принадлежит Роду Мразко.

Глава Рода сделал один шаг вперед.

— Вакуумный коллапс.

Пространство внутри трех экзоскелетов мгновенно лишилось воздуха и тепла. Бронированные кабины, рассчитанные на выживание под шквальным огнем, не спасли своих операторов от перепада давления. Металл заскрежетал, сминаясь внутрь, словно фольга в кулаке великана. Трое пилотов погибли за долю секунды, их легкие схлопнулись в ноль, а кровь вскипела и тут же замерзла, разорвав сосуды. Три тяжелые машины рухнули на бетон, превратившись в бесполезные куски переохлажденного железа.

Остальные бойцы клана, забыв про приказы и честь, бросились врассыпную, ломая строй. Но бежать было некуда.

Ильяс неспешно поднял правую руку, формируя в ладони сферу спрессованного до состояния алмаза льда.

— Убить их всех, — раздался в голове восторженный рык Малика. — Заморозь им глаза! Вырви позвоночники!

— Я не мясник, Малик, — холодно отозвался серб, сжимая кулак. — Я — хирург.

По улице прокатилась невидимая волна. Кинетическая энергия бегущих якудза была остановлена принудительно. Двадцать человек застыли в нелепых позах, не в силах пошевелить даже глазными яблоками. Температура их тел падала катастрофическими темпами. Через десять секунд переулок превратился в галерею жутких ледяных скульптур. Только один из бойцов — лейтенант с отличительными знаками на плече — остался жив, рухнув на колени и содрогаясь от гипотермии.

Из-за угла, тяжело дыша и вытирая кровь с лица, вышли Ржавый Гвоздь и Урраг. Ветеран удовлетворенно хмыкнул, оглядывая замороженную толпу и смятые экзоскелеты.