Глава Рода прижал обнаженную ладонь прямо к гладкому черному камню, пылающему враждебной магией.

В ту же секунду Источник внутри груди серба содрогнулся, высвобождая колоссальный объем темно-сапфировой энергии. Воздух вокруг Мразко пошел визуальными искажениями от чудовищного перепада температур. Ильяс не стал применять физическую силу — он применил чистую термодинамику.

Магия абсолютного ноля хлынула в структуру древнего камня. Серб начал методично, с пугающей скоростью вытягивать из обсидиана все остаточное тепло. Пространство у врат потемнело, покрывшись коркой мертвого, синего льда. Руны айнов, запрограммированные на поглощение ударов, оказались беспомощны перед лицом абсолютной энтропии. Они начали тускнеть, мигать и лопаться, не в силах выдержать заморозку собственных эфирных каналов.

Камень застонал. Звук был похож на крик умирающего кита — протяжный, жалобный и леденящий душу треск разрушающихся на атомарном уровне связей. Обсидиан, замороженный до предела физических законов вселенной, потерял свою эластичность и прочность, превратившись в нечто более хрупкое, чем оконное стекло.

Ильяс убрал руку и сделал шаг назад, брезгливо отряхивая манжет.

— Урраг, — коротко бросил серб, даже не оборачиваясь.

Орку не нужно было повторять дважды. Двухметровый танк взревел, вкладывая в удар всю свою звериную, первобытную мощь. Зачарованный тесак со свистом рассек воздух и врезался в самый центр промороженных створок.

Непробиваемые врата храма брызнули во все стороны миллионами черных, сверкающих осколков. Камень просто осыпался внутрь, открывая перед имперской экспедицией зев непроглядной тьмы, из которого пахнуло тысячелетним холодом и ароматом сухих благовоний.

Наемники, не веря своим глазам, судорожно сжали оружие, ожидая новой атаки. Но изнутри не вылетело ни единого гарпуна.

— Заходим. Держать строй, сектора обстрела не пересекать, — процедил Ржавый Гвоздь, первым шагая во мрак и щелкая тумблером подствольного арканного фонаря.

Отряд втянулся в нутро зиккурата.

Внутри не было льда. Стены коридора оказались выложены из гладких, подогнанных друг к другу базальтовых блоков. Вдоль стен, в специальных нишах, стояли замороженные мумии воинов в причудливых костяных доспехах. Они застыли здесь века назад, став вечной, немой стражей своего спящего божества.

Свет фонарей выхватывал из темноты барельефы, изображающие сцены кровавых жертвоприношений и гигантских морских тварей, пожирающих чужеземные корабли. Воздух здесь был абсолютно сухим, лишенным влаги, вымораживающим гортань при каждом вдохе.