Орк плотоядно ухмыльнулся. В свете фонарей блеснул ряд тяжелых железных зубов, вставленных взамен родных, щедро оставленных в какой-то давней кабацкой поножовщине. Массивная рука махнула в сторону открытого зева флагмана «Абсолютный Ноль». Из нутра корабля тянуло могильным холодом и лязгом металла.

— Трюмы забиты под завязку, хозяин. Двести бочек отборного алхимического спирта для двигателей. Пятьдесят ящиков с разрывными зарядами на основе черного пороха и уплотненного арканиума. Ну и три тонны сушеных водорослей и солонины, на которую даже трюмные крысы смотрят с нескрываемой классовой ненавистью.

Урраг выпустил струйку сизого дыма и довольно хрустнул костяшками пальцев.

— Оружейники закончили подгонку бронепластин. Теперь это корыто способно выдержать прямое попадание из тяжелой имперской мортиры и даже не всплакнуть.

Мразко одобрительно кивнул. Холодный взгляд скользнул по массивному силуэту флагмана. Ледяная обшивка зловеще поблескивала в тусклом, мертвенном свете портовых фонарей. Корабль тяжело дышал мощью древних технологий и темной магии, словно закованный в сталь хищник, готовый проламывать любые торосы на своем пути.

На нижнем ярусе доков меж тем выстроилась длинная, угрюмая очередь. Здесь собрались те, кто добровольно или под угрозой немедленной каторги решил продать свои души и клинки новому Лорду Протектору. Наемники всех мастей — от отбитых на всю голову головорезов из столичных трущоб до беглых боевых магов третьего ранга — ждали смотра, переминаясь с ноги на ногу.

Ильяс медленно пошел вдоль шеренги. Серб не смотрел кандидатам в глаза, но давил на каждого из них невыносимой тяжестью своего Источника. Воздух вокруг идущего архимага стремительно терял градусы. От этого ледяного пресса сопливые наемники начинали судорожно хватать ртом разреженный кислород, чувствуя, как стынет кровь в венах.

Один из кандидатов — крепкий, бывалый малый с наглым шрамом через всю щеку и тяжелым двуручником за спиной — решил сыграть на опережение. Закашлявшись, вояка попытался расправить плечи и картинно сплюнул прямо у сапог командира.

— Слышь, ваше сиятельство, а плата вперед будет? — процедил наемник. В его голосе показная развязность отчаянно пыталась замаскировать животный страх. — Мы тут не за красивые глазки яйца морозить собираемся. На севере платят кровью, а кровь нынче в цене.

Мразко даже не замедлил шаг. Правая рука змеиной, неуловимой тенью метнулась вперед.

Звука удара никто не услышал. Раздался лишь сухой, тошнотворный треск мгновенно замерзающей плоти. Пальцы архимага стальной хваткой сомкнулись на горле наглеца. В ту же долю секунды изнутри дерзкого воина вырвалась волна абсолютного, всепоглощающего холода.