Алёна, бледная как полотно, гордо вздернула подбородок. В ее серых глазах блестели злые слезы бессилия, но она не собиралась показывать слабость перед падальщиком. Если ради спасения Клана придется шагнуть в этот кошмар — она это сделает, не раздумывая.

Ильяс Мразко, все это время неприметно сидевший в глубоком кресле у окна, тихо вздохнул. Великий комбинатор изящным жестом покрутил в пальцах хрустальный бокал, любуясь, как остатки вина покрываются тончайшей корочкой льда.

— Какое потрясающее отсутствие фантазии, — бархатный, пропитанный откровенной скукой голос Архимага заставил посла вздрогнуть и резко обернуться. — Шантаж, угрозы, принудительные браки… Вы, некроманты, живете столетиями, но ваши методы застряли где-то в эпохе темного варварства.

— А вы еще кто такой? — высокомерно прищурился мертвяк, пытаясь прощупать Ауру незнакомца. И тут же побледнел еще сильнее, наткнувшись на монолитную, всепоглощающую стену абсолютного ноля.

— Я — тот, кто учит дилетантов изящным манерам, — Ильяс плавно поднялся, небрежно одергивая лацканы черного фрака. Он даже не посмотрел на посла, обращаясь исключительно к Патриарху Громовых. — Василий Андреевич, зачем воевать на их условиях? Ждать удара или пытаться отбить отравленные земли — это так тоскливо и совершенно нерентабельно.

Глава Клана нахмурился, а посол возмущенно зашипел:

— Вы смеете вмешиваться в дела Великих Домов?!

— Замолчите, любезный, вы портите мне акустику, — Архимаг слегка повел кистью, и губы некроманта мгновенно сковало толстой, непробиваемой коркой льда. Мертвяк замычал, в ужасе хватаясь за онемевшее лицо.

Ильяс невозмутимо повернулся к замершим хозяевам поместья. В его сапфировых глазах заиграли хищные, азартные искры гениального афериста, почуявшего запах грандиозной комбинации.

— Давайте сыграем свадьбу, господа. Мороковы жаждут праздника? Мы им его устроим, — ледяной лорд обворожительно улыбнулся шокированной Алёне. — Завтра мы на всю Империю объявим о роскошной помолвке. Только вот жених будет другим.

— Вы в своем уме? — выдохнул Виктор, забыв про гнев. — Если мы отдадим Алёну другому, Мороковы придут в бешенство! Они бросят все силы, чтобы сорвать торжество и убить избранника!

— В этом-то и прелесть, мой пылкий друг, — Ильяс довольно прикрыл глаза, наслаждаясь эстетикой собственной схемы. В его подсознании раскатисто и сыто расхохотался демон, предвкушая знатную резню. — Гордость не позволит им стерпеть столь вопиющее публичное унижение. Они сами, добровольно, притащат сюда все свои лучшие активы и элиту Клана, чтобы устроить показательную бойню. А мы будем ждать их здесь. В идеальной, подготовленной оборонительной позиции.