— Умерь пыл, Виктор. Мы находимся в чужих водах, перед Архимагом, который только что вытащил твою сестру из петли, — строго осадил Патриарх сына, после чего вежливо, с легким поклоном обратился к сюзерену Пепельной Гавани. Бордовый бархат его камзола благородно блеснул в лучах выглянувшего солнца. — Приношу глубочайшие извинения за горячность моего наследника, Ваше Сиятельство. Род Громовых умеет признавать свои долги. И мы будем рады обсудить условия вашей… компенсации в более подходящей, цивилизованной обстановке.

Глава Клана сделал изящный пасс рукой, и прямо над палубой истерзанной яхты беззвучно распахнулся мерцающий синевой пространственный портал.

Родовое поместье Громовых, куда шагнула процессия, оказалось архитектурным шедевром, бросающим наглый, откровенный вызов самой гравитации. Огромные базальтовые башни не стояли на земле — они величественно парили в воздухе, соединенные между собой мерцающими, полупрозрачными мостами из чистого, искривленного пространства.

Ильяс шел по главной галерее рядом с Василием Андреевичем, с легким, отстраненным любопытством разглядывая этот триумф неевклидовой геометрии. Алёна и хмурый, все еще растирающий саднящую грудь Виктор шли следом.

— Потрясающий контроль над метрикой, — вежливо нарушил тишину Архимаг, оценивающе скользнув взглядом по парящим каменным сводам. — Кстати, Патриарх, раз уж мы заговорили о вашем Роде… Считаю своим долгом сообщить, что буквально недавно я был вынужден аннулировать одного из ваших дальних родственников.

Алёна удивленно вскинула голову, а Виктор угрожающе напрягся. Василий Андреевич же лишь слегка замедлил шаг, не меняя спокойного, высеченного из камня выражения лица.

— Вы говорите о Гордее из павшей ветви? — ровным, густым баритоном уточнил глава Клана.

— Именно, — Ильяс очаровательно улыбнулся, изящно поправив кружевную манжету. — Старик почему-то решил, что служить Скверне выгоднее, чем мне, и попытался опустить заградительные цепи Пепельной Гавани прямо перед носом флота мертвецов. Пришлось превратить его в ледяную статую. Исключительно в воспитательных целях, разумеется. Жаль, он весьма недурно играл в шахматы.

В галерее повисла тяжелая, звенящая пауза. Виктор глухо зарычал, готовый снова вспылить из-за оскорбления крови, но Патриарх властно поднял руку, призывая наследника к молчанию.

— Предательство сюзерена карается смертью, лорд Мразко, — сурово и непреклонно произнес Василий Андреевич. — Эта ветвь давно утратила честь, когда позволила врагам надеть на себя рабские ошейники. Вы свершили законный суд на своей земле. У Главной ветви Громовых нет и не может быть к вам претензий из-за этого мусора.