Следом за главой Клана, до хруста сжимая кулаки, материализовался Виктор — старший брат Алёны. Высокий, широкоплечий, с такими же, как у сестры, русыми волосами, но совершенно другим, жестким и холодным взглядом пронзительно-голубых глаз.

— Алёна! — резкий голос наследника резанул по ушам.

Виктор мгновенно оценил обстановку: истерзанная сестра, ошметки нежити за бортом и совершенно невозмутимый аристократ в черном фраке, рассуждающий о каких-то там долгах.

Голубые глаза молодого Громова сузились. Вспыльчивая кровь взыграла, затмевая рассудок. Он не стал тратить время на светские расшаркивания. Его пространственная Аура, тяжелая и удушливая, как глубоководный прессовый удар, обрушилась на Ильяса, намереваясь впечатать наглеца в палубу.

— Отойди от нее, островная крыса, пока я не выверну твои внутренности в четырех измерениях, — процедил наследник, делая угрожающий шаг вперед.

— Виктор, стой! Он нас спас! — испуганно крикнула Алёна, бросаясь наперерез.

Но было поздно. Великий комбинатор не терпел, когда на него давили. Особенно на его собственной территории.

Ильяс даже не подумал достать клинок. Он лишь чуть заметно вздохнул, всем своим видом выражая крайнюю степень эстетического разочарования, и позволил Темному Сапфиру ответить.

Никакого пафосного свечения или криков. Просто температура вокруг Виктора за долю секунды рухнула до абсолютного ноля. Пространственная Аура наследника с жалобным стеклянным хрустом замерзла, так и не добравшись до цели. Воздух в легких молодого Громова кристаллизовался, заставив его судорожно захрипеть и осесть на одно колено. На русых волосах и ресницах невоспитанного гостя мгновенно выступил толстый слой инея.

— Молодой человек, — бархатно, с ледяной вежливостью произнес Архимаг, глядя на задыхающегося Виктора сверху вниз. — Ваша сестра только что продемонстрировала изумительные манеры, а вы с порога портите впечатление о Великом Доме. Не стоит бросаться словами о вывернутых внутренностях в присутствии того, кто может заморозить вашу кровь быстрее, чем вы успеете моргнуть.

— Достаточно! — властный, густой баритон Патриарха разорвал звенящее напряжение.

Василий Андреевич сделал неуловимый жест рукой, и остаточное давление магии сына рассеялось. Старый глава Клана умными, повидавшими многое глазами посмотрел на вмерзшие в лед останки некромантских корветов, затем на спасенную дочь и, наконец, перевел тяжелый взгляд на Ильяса. Опытный интриган безошибочно оценил чудовищную, первородную мощь, скрывающуюся за безупречной улыбкой этого спокойного молодого лорда.