Он повернулся ко мне всем телом и на его губах мелькнула хищная улыбка.
— Вы все еще мечетесь, моя колючая роза.
Он говорил так, словно видит меня насквозь. Его серебристый взор закрадывался под самую кожу и видел мою душу. Почему он всегда так раздражающе прав?
— Если я передумаю? — раздраженно бросила я, поднимаясь на ноги.
— Тогда я не стану вас удерживать, — спокойно ответил он.
Я не видела его лица полностью, только глаза, но видела как он склонил голову на бок. От его тона бросило в мелкую дрожь, но я все же осмелилась сделать осторожный шаг к нему. А затем еще и еще. Каждый стук моих деревянных башмаков гулко отдавался под сводами комнаты. Франсуа дождался, пока я приблизилась, и только после этого отступил в сторону, освобождая проход.
Остановившись напротив него, я вскинула голову всматриваясь в заострившиеся в полумраке черты его красивого лица.
— Куда вы меня ведете? — я старалась держать голос ровным, не выдавая своего все не затихающего раздражения.
— Туда, где мы сможем поговорить без чужих ушей. — Франсуа едва заметно усмехнулся, словно услышал мои мысли. Я невольно покосилась на дверь, тревожно сжимая вспотевшие ладони в кулаки. — Не бойтесь, моя милая графиня.
— Я не боюсь, — сердито фыркнула я, шагнув в коридор
— Разумеется, — послышалась его тихая усмешка мне в спину.
Я закатила глаза и пошла вперед, но вдруг странное ощущение заставило меня остановиться. Словно чей-то взгляд впился мне между лопаток. Обернувшись я встретилась с серебристыми глазами чудовища. Он все еще стоял в дверях.
— Что? — удивилась я.
— Ничего, — мотнул головой он.
— Тогда почему вы смотрите? — прищурилась я.
— Проверяю, действительно ли вы готовы идти за мной, — его улыбка стала чуть шире.
Я почувствовала, как щеки предательски потеплели и отвернулась, едва не давясь от раздражения.
— Идемте уже, — пробормотала я.
Франсуа ничего не ответил, лишь двинулся вперед, оставляя меня чуть позади.
Мы свернули в боковой коридор, где почти не горели свечи. Я старалась не отставать, хотя с каждым шагом все сильнее ощущала, как внутри нарастает тревога. Я крепче сжала пальцы, спрятав ладони в складках юбки.
Мы остановились у неприметной двери, которую я прежде никогда не замечала. Франсуа положил руку на железное кольцо, но прежде чем открыть, посмотрел на меня.
— У вас еще есть возможность передумать, моя милая графиня.
Я подняла на него хмурый взгляд. Его лицо не выражало ничего, кроме странного умиротворенного спокойствия, подобно святому с иконы. Я сглотнула и заставила себя ответить.
— Мне нужны ответы.