В мыслях было пусто, все мое естество сконцентрировалось на ощущениях. Я тонула в этой наполненности, в движении его пальцев. Его длинные волосы падали на мое бедро, а губы все еще касались кожи. Мне захотелось приблизить его, почувствовать рядом ещё сильнее.
Я протянула руку и коснулась его плеча, затем осторожно провела пальцами по шее, запутываясь в мягких прядях волос. Франсуа поднял голову. На его губах блестела алая капля, а серебристый взгляд остановился на моём лице.
— Что такое, моя роза? — спросил он, чуть приподняв бровь. Я смутилась, но вместо ответа потянулась к нему и коснулась губами его щеки. И с улыбкой добавил, — Вы становитесь опасно смелой, Элиза.
Он оставил на моих губах короткий поцелуй и добавил:
— Вы заслужили награду, моя упрямая роза.
Я разочарованно закусила губу, когда его пальцы покинули меня. Пустота внизу не давала мне покоя, заставляя поерзать на тюфяке.
Франсуа опустился на пол, вновь вставая на колени. Я не успела вздохнуть, как его крепкие руки подхватили меня под бедра и придвинули к краю. Теперь все мое женское естество было перед ни как на ладони. Сгорая от смущения, я попыталась сдвинуть бедра, но он не позволил это сделать, его пальцы чуть крепче сомкнулись на моих бедрах.
— Не закрывайтесь от меня, моя роза, — прошептал он, коснувшись щекой внутренней стороны моего бедра. — Вы принадлежите мне.
Он оставил несколько поцелуев на моей коже, медленно приближаясь к самому сокровенному.
— Никто не увидит вас такой, — добавил он почти шёпотом. — Никто, кроме меня.
После этих слов Франсуа обхватил губами мой цветок и я едва не закричала от удовольствия. Незнакомое ощущение оказалось настолько сильным, что на мгновение я забыла, где нахожусь. Пальцы судорожно вцепились в край простыни, а тело невольно подалось навстречу ему. Убедиться, что он рядом, что это действительно Франсуа, а не наваждение. Я никогда не думала, что могу быть такой.
Холодные губы Франсуа ощущались особенно ярко, на фоне мое жара. Ноги болели от напряжения. Я невольно выгнулась, чувствуя, как по телу прокатывается горячая волна. Дыхание окончательно сбилось, а пальцы сильнее сжали простыню.
Щеки горели, я прикусила губу, сдерживаться становилось все труднее. Каждое движение его языка заставляло меня внутренне содрогаться. Я чувствовала будто мое сердце разрывается и в этот самый миг тело словно натянулось до предела, а затем что-то внутри меня оборвалось. Я уже не могла думать связно, не могла даже толком вдохнуть. С губ сорвался невольный вскрик, а бедра сжали его голову. Искры плясали перед глазами, когда я ослабев упала на кровать. Несколько мгновений я лежала, пытаясь восстановить дыхание. Сердце бешено колотилось, а ноги всё ещё слегка дрожали. Я не представляла, что человеческое тело способно испытывать нечто подобное.