«Сердце Вьюги».

Древний алтарный кристалл, средоточие силы уничтоженного Рода Мразко. Святыня, которую огневики украли десятилетия назад, но так и не смогли ни пробудить, ни подчинить. Теперь они собирались продать ее с молотка первому встречному толстосуму.

Воздух в покоях внезапно уплотнился. Морская свежесть отступила, смятая тяжелым, удушливым запахом раскаленной меди и серы. Тени в углах каменного зала вытянулись, сплетаясь в массивный, рогатый силуэт.

—Они торгуют твоей душой, князь, — пророкотал в сознании Ильяса глубокий, отдающий оружейным металлом голос Малика Дэ Сада. Владыка Инферно облизнулся так явно, что в комнате потеплело. —Я чую пульс этого камня даже отсюда. В нем спит первородная стужа. Это твой ключ к пятому рангу. К истинной власти Архимага.

— Торговать можно лишь тем, что тебе принадлежит, Малик, — холодным, резонирующим тоном произнес Магистр. Лента черного шелка в его пальцах мгновенно покрылась изморозью и рассыпалась ледяной пылью. — Воронцовы просто не понимают, что держат в руках не актив, а свой собственный приговор.

Великий комбинатор резко развернулся и направился к тяжелым дубовым дверям. Его Аура, среагировав на упоминание родовой реликвии, пульсировала жестким, подавляющим холодом.

— Гордей! — усиленный магией голос сюзерена раскатился по гулким коридорам цитадели.

Старый штурман материализовался на пороге спустя считанные мгновения, привычно опираясь на трость.

— Доброе утро, ваше сиятельство. Прикажете готовить эскадру к выходу?

— Эскадра остается на рейде охранять акваторию, — отрезал ледяной лорд, сбрасывая халат и доставая из дубового шкафа безупречно скроенный костюм. — Мне нужен «Стремительный». Легкий клипер и самая надежная команда. Мы отправляемся в Авалон.

Ветеран удивленно вскинул седые брови, но перечить не посмел.

— Вольная гавань? Но там же глушилки… Боевая магия под куполом города заблокирована, сюзерен. Если Клан Воронцовых пошлет туда своих убийц…

— Если они их пошлют, им придется оплатить счет за уборку трупов, — на губах Ильяса заиграла хищная, предвкушающая усмешка. В глубине его сапфировых глаз плясали инфернальные искры. — В Авалоне запрещено применять стихии, но там разрешено абсолютное финансовое насилие. А у меня как раз имеется солидный портфель бесхозных клановых векселей. Готовьте корабль, штурман. Мы едем на аукцион.

Спустя несколько суток стремительного хода клипер бросил якорь в Авалоне. Этот вольный полис, выстроенный на пересечении торговых маршрутов, служил главной финансовой прачечной для всей Высшей Аристократии. Там не звенела сталь и не лилась кровь — боевая магия жестко подавлялась артефактным куполом города. В Авалоне убивали изящнее: банкротством, долговыми ямами и шепотом в кулуарах.