Ильяс не стал тратить время на препирательства с шестеренкой имперского механизма. Великий комбинатор изящным, небрежным жестом достал из-за пазухи увесистый, с ладонь величиной слиток чистейшего сырого арканиума и с глухим стуком опустил его на дубовую столешницу.

— Патриарх Воронцов в данный момент занят подсчетом своих убытков, — ледяным тоном оборвал его Мразко. — А мой Род вернулся в Империю и готов платить гильдейские взносы мана-рудой высшей очистки. Открывайте новые метрики, регистратор.

Магистр чуть подался вперед. Иней с хрустом пополз по воротнику чиновника.

— Или вы предпочитаете, чтобы я заморозил кровь в ваших венах прямо здесь, и мы подождали кого-то более сговорчивого? У вас три секунды.

Воля клерка сломалась с отчетливым треском. Животный страх за собственную жизнь мгновенно перевесил преданность чужому Клану. Трясущимися руками он схватил артефактную печать, активировал резервный кристалл маны, чтобы растопить чернила, и судорожно начал вписывать данные в имперский реестр.

— К-как прикажете, ваше сиятельство… Все активы зафиксированы, — пробормотал регистратор, не смея поднять взгляд.

В густых тенях под сводами гильдии едва уловимо запахло разогретой медью и пеплом. Малик Дэ Сад безмолвно, но с явным, отдающим металлом удовольствием наблюдал за происходящим.

Ильяс брезгливо кивнул, оставив слиток на столе, и развернулся к выходу. Первый бюрократический бастион был пробит. Имущество легализовано.

Теперь предстояло самое сложное — найти союзников в теневом террариуме Столицы и превратить это золото в политическую власть. Путь лежал в закрытый аристократический клуб Высшего Света.

Заведение под названием «Золотая полусфера» полностью оправдывало свою репутацию. Скрытое от простолюдинов за неприметным каменным фасадом в самом сердце элитного квартала, изнутри оно представляло собой исполинский купол из тонированного артефактного стекла и червонного золота. Здесь не было случайных лиц и дешевой суеты. Воздух густо пах терпким коньяком, крепкими сигарами и тонкими вибрациями десятков искусно подавляемых Аур — именно в этих стенах теневые дельцы и высшие лорды перекраивали карту Империи.

Ильяс невозмутимо миновал охрану на входе. Свежая выписка из Реестра и тяжелый, пронизывающий взгляд послужили лучшим пропуском. Магистр уверенно прошел в зал и занял уединенный столик из мореного дуба в глубокой нише, отгороженной от посторонних глаз плотным пологом тишины.

Он не успел сделать и глотка темного северного вина, поданного бесшумным слугой, как пространство напротив слегка исказилось.