Мразко с силой довернул клинок и мощным рывком пригвоздил колдующую руку карателя к базальтовой стене цитадели.

Старик издал глухой, булькающий стон, его колени слабо подогнулись.

— Вы слишком много суетитесь, — ледяным, резонирующим металлом голосом произнес Ильяс, нависая над поверженным врагом.

Мразко не убрал руку с эфеса. Он высвободил Темный Сапфир, направляя концентрированную стужу прямо по стали клинка в кровеносную систему противника. Абсолютный холод мгновенно проник в вены Архимага, жестко, с необратимым хрустом ломая и вымораживая его духовные каналы.

Смертоносный мороз парализовал нервную систему старика. Огонь внутри него забился в агонии и погас навсегда. Кожа карателя стремительно побледнела, покрывшись мертвенным инеем. Архимаг Воронцовых превратился в неподвижную, едва дышащую живую статую, приколотую к стене собственной клановой гордыней.

Бой был окончен. Высший иерарх Великого Рода пал за несколько секунд, раздавленный изящным расчетом и абсолютной, сокрушающей мощью.

Изувеченное тело Архимага, пригвожденное к базальтовой стене балкона, стало финальным аккордом в этой ледяной симфонии. Аура могущественного огневика окончательно рассеялась, и над замерзшей гаванью повисла тяжелая, подавляющая тишина.

Ильяс невозмутимо потянул саблю на себя. Клинок с влажным хрустом вышел из промерзшей плоти. Из раны старика не вытекло ни капли — кровь мгновенно кристаллизовалась. Лишенный Дара, превращенный в кусок обмороженного мяса каратель безвольно сполз по стене и рухнул на каменные плиты.

Чародей брезгливо стряхнул с лезвия мелкую ледяную крошку и изящным движением отправил фамильную сталь в ножны.

Внизу, в акватории Пепельной Гавани, творилось абсолютное, безоговорочное поражение Великого Клана. Три тяжелых линейных крейсера, намертво впаянные в торосы пакового льда, опасно накренились. Их пушечные порты были бесполезны. Экипажи, наблюдавшие с палуб за тем, как их непобедимый Архимаг рухнул к ногам неизвестного лорда, были сломлены.

Никто не попытался поднять мушкет или прочесть заклинание. Один за другим над линкорами поползли вверх белые флаги. Офицеры Воронцовых, признавая право сильного, бросали оружие на обледенелые доски. Добровольное пожертвование активов состоялось.

В воздухе на балконе мгновенно сгустились густые, непроницаемые тени. Пространство наполнилось удушливым запахом раскаленной меди, серы и остывающей крови. Владыка Инферно не мог пропустить кульминацию такого спектакля.

—Шах и мат, князь, — пророкотал Малик Дэ Сад. Голос демона вибрировал от искреннего, хтонического восхищения, лязгая металлом о камень. —Заманить элиту Империи в ловушку, сломать их гордость и прибрать к рукам их лучшие корабли. Ты не просто победил. Ты растоптал их, заставив оплачивать твое возвышение. Восхитительная жестокость.