Последний, пятый аристократ-заговорщик, командовавший этим отрядом, остался на площади. Он сидел на коленях в луже кипятка, выронив свое оружие. Его разум не мог осознать того, что он только что увидел. Бастард Мразко, Архимаг Льда, только что разорвал его людей с помощью огня, который был чернее самой ночи.

Малик неспешно подошел к нему. Демон склонился над дрожащим юношей, втягивая носом запах его неконтролируемого страха.

— К-кто… что ты такое? — прохрипел заговорщик, не в силах оторвать взгляд от пылающего золотого глаза. — Ты не Архимаг…

— Архимаг сейчас спит, — доверительно шепнул Малик, поправляя воротник плаща. — Он очень устал. Строить Империю — дело утомительное. А я… я просто его ночной кошмар. И ваш тоже.

Демон аккуратно, двумя пальцами взял юношу за подбородок и приподнял его голову.

— Я оставлю тебя в живых, маленький червь, — произнес Владыка Инферно, и его улыбка стала пугающе ласковой. — Ты побежишь к своим хозяевам. К тем, кто сидит в своих темных гостиных и строит заговоры против Первого Рода. Ты расскажешь им, что ледяной диктатор — это не самое страшное, что с ними случилось. Ты расскажешь им, что у него внутри живет нечто, что ждет не дождется, когда они сделают неверный шаг.

Малик чуть сжал пальцы. Кожа на лице юноши задымилась, оставив навсегда два глубоких, черных ожога в форме демонических когтей.

— А теперь беги. И передай им, что ночь принадлежит мне.

Заговорщик вскочил на ноги и, задыхаясь от боли и ужаса, бросился прочь, скользя по подтаявшему снегу.

Малик Дэ Сад расхохотался. Его смех взвился над крышами столицы, растворяясь в свинцовом небе. Ему нравилось это новое тело. Ему нравилась эта игра.

Остаток ночи демон провел, бродя по столице. Он заходил в закрытые игровые дома, где одним своим присутствием доводил крупье до инфаркта, а золото на столах плавил в уродливые слитки. Он спускался в трущобы, где разрывал на части обнаглевших бандитов, оставляя после себя лишь дымящиеся куски мяса и запах серы, чтобы местная стража утром ломала головы над тем, какое чудовище здесь побывало.

Он упивался своей свободой. Свободой, которую Ильяс сам подарил ему, думая, что выковал идеальную клетку.

Но время неумолимо двигалось вперед. Небо на востоке начало светлеть, окрашиваясь в бледные, холодные тона зимнего рассвета.

Малик остановился на набережной Невы, скованной льдом, который создал его носитель. Демон с сожалением посмотрел на восходящее солнце.

— Пора возвращать ключи от машины законному владельцу, — с наигранной грустью вздохнул Владыка Инферно.