Защитные барьеры сознания, которые Ильяс выстраивал годами, чтобы сдерживать своего внутреннего демона, рухнули, сметенные цунами новой энергии.

Тонкая ментальная стена рассыпалась в прах.

В голове Ильяса не просто раздался смех. Там разверзлась преисподняя.

Малик Дэ Сад. Владыка Инферно. Повелитель пятидесяти четырех легионов проклятых душ. Тот, чье имя шептали в ужасе древние боги, наконец-то получил доступ к ресурсу, способному прорвать его тюрьму.

Внутренний мир Архимага, всегда представлявший собой бесконечную ледяную равнину, взорвался вулканическим извержением. Ментальная проекция Ильяса стояла посреди пустоши, когда небеса над ним раскололись, исторгая из себя потоки жидкой магмы и черного пламени.

Воздух пропитался запахом горящей серы, кипящей крови и космического ужаса. Земля содрогнулась от марша миллионов ног. Легионы Инферно, закованные в раскаленную сталь, с ревом ударили в щиты своими пылающими мечами. И над всем этим апокалипсисом возвышалась фигура.

Малик больше не был размытой тенью, сидящей на краю сознания. Это был исполин, сотканный из первородного хаоса. Его рога пронзали грозовые облака, а кожа состояла из остывающей лавы, сквозь трещины в которой пульсировал нестерпимый жар. Глаза Владыки Инферно были двумя черными дырами, затягивающими в себя свет и надежду.

Наконец-то!!! — рев демона не был звуком, это была физическая волна, от которой ледяной мир Ильяса начал стремительно таять. — Ты открыл двери, мальчишка! Ты пустил сюда столько энергии, что твои жалкие замки испарились! Я ждал этого тысячелетия!

Малик протянул свою исполинскую, пылающую когтями руку к маленькой фигурке Ильяса.

Я заберу это тело! Я выпью ману этой северной девки, смешаю её с пламенем Инферно и выйду в ваш гнилой мир! Я превращу Российскую Империю в пепелище, а из костей твоих врагов построю себе новый трон! Ты был хорошим сосудом, Мразко. Но теперь ты просто топливо!

Жар был невыносимым. Он сжигал мысли, плавил логику, уничтожал саму концепцию контроля. Пятьдесят четыре легиона ревели, предвкушая свободу. Это была мощь, перед которой меркли армии Сёгуна и плазма Японского Императора. Это был абсолютный, первородный Хаос.

Меня невозможно поработить, смертный! — хохотал Малик, и его смех рвал ментальное пространство на куски. — Я — Владыка! Я — пламя, которое сжирает вселенную! Смирись и сгори!

Ильяс Михеевич Мразко стоял посреди плавящегося льда. Ментальная проекция его тела начала дымиться, края сюртука вспыхнули.

Любой другой маг на его месте давно бы сломался. Сдался бы под гнетом этого хтонического ужаса, позволив демону сожрать свою личность.