— Владыка. Прошу простить мою дерзость, но эфирные колебания на северных рубежах превысили критическую отметку. У нас есть подтвержденные данные.

— Говори, Син, — лениво произнес я, открывая правый глаз. В моем зрачке, лишенном белка, медленно вращалась миниатюрная, ослепительно-белая сверхновая. — Только не говори мне, что северные варвары снова перебрали рисовой водки и устроили массовое харакири на границе. Я хочу услышать хорошие новости. Моя чашка чая остывает, а это всегда плохой знак для экономики страны.

Синдзиро склонил голову в рогатой демонической маске еще ниже.

— Операция адмирала Хасэгавы увенчалась абсолютным успехом, Владыка. Но ситуация… превзошла наши аналитические прогнозы. Ледяной Архипелаг пал.

Я чуть приподнял бровь. Пальцы, перебиравшие четки из спрессованного урана, замерли.

— Пал? Целиком? Я думал, этот напыщенный кусок замороженного дерьма, называющий себя Отцом Бурь, собирался сидеть в своей луже до следующего ледникового периода. Кто его убил? Неужели Хасэгава наконец-то научился использовать главный калибр своих корыт по назначению?

— Никак нет, Владыка, — голос киборга, пропущенный через вокадер, звучал сухо и скрипуче. — Хасэгава даже не успел сделать предупредительный выстрел. Архипелаг был зачищен до того, как наша эскадра вошла в лагуну. Этим занимался один человек.

Я медленно выдохнул. Воздух вокруг меня мгновенно раскалился, и жидкая ртуть в пруду пошла недовольной, булькающей рябью. Один человек. В этом переполненном магическими мутантами и древней хтонью мире фраза «один человек» звучала как плохой анекдот.

— Ты проверяешь мое терпение, Син. Один смертный не может вырезать пантеон. Это нарушение базовой эфирной термодинамики.

— Если этот смертный не игнорирует термодинамику, Владыка. Речь идет о лидере той самой экспедиции Тайной канцелярии. Ильяс Михеевич Мразко. Архимаг льда. Глава возрожденного сербского Рода.

Имя было мне знакомо. В сводках моей разведки этот сербский выскочка мелькал уже пару месяцев, с тех пор как устроил резню в Пепельной Гавани и наступил на мозоль графу Шувалову. Мы следили за этой самоубийственной миссией с самого начала. Я лично одобрил выход эскадры Хасэгавы, чтобы подобрать остатки того, что останется от корабля чужаков, и заодно прибрать к рукам спящую Снежную принцессу. Дикари айнов были тупы, но их божество являлось первоклассным стабилизатором маны, который идеально вписался бы в инфраструктуру моих плавильных печей.

Но чтобы этот мальчишка выжил? Да еще и умножил на ноль местную фауну?

— Подробности, — я подался вперед, чувствуя, как внутри разгорается давно забытое любопытство. — Как именно он это сделал?